Читаем Доктор Сон полностью

Дэн зажал фонарик во рту и начал руками разгребать землю. Показалась детская футболка, прикрывавшая впалую грудь. Потом руки. Пальцы, превратившиеся в тонкие косточки, обтянутые пожелтевшей кожей, что-то сжимали. Легкие Дэна снова начали требовать свежего воздуха, но он пересилил себя и с максимальной осторожностью разогнул пальцы Брэда. Один из них все равно сломался с сухим треском.

Они закопали его с бейсбольной перчаткой, прижатой к груди. Натертый маслом карман кишел копошащимися червями.

Воздух с шумом вышел из легких Дэна, и он вдохнул зловонные пары. Он выпрыгнул из могилы на правую сторону, и вовремя – его стошнило на груду земли, а не на бренные останки Брэдли Тревора, чья единственная вина заключалась в том, что он родился, наделенный даром, в котором нуждалось племя монстров. Который монстры похитили у него с предсмертными криками боли.

13

Они снова закопали тело, причем на этот раз в основном трудился Джон, а потом установили нечто вроде импровизированного надгробия из обломков асфальта. Им не хотелось, чтобы лисы или бродячие псы добрались до того, что теперь трудно было назвать плотью.

Покончив с этим, они вернулись в машину и уселись на сиденья, не говоря ни слова.

Первым нарушил молчание Джон:

– Что нам теперь делать, Дэнни? Мы же не можем просто оставить его здесь. У него есть родители. Дедушки и бабушки. Возможно, братья и сестры. И все они до сих пор пребывают в неведении.

– Ничего не попишешь. Ему придется пролежать здесь еще какое-то время. Причем достаточно долго, чтобы никто не вспомнил: «Эй, а ведь этот анонимный звонок в полицию поступил чуть ли не в тот же день, когда один странный парень купил в Эдейре лопату». Вполне возможно, что ничего подобного не произойдет, но мы не можем рисковать.

– Как долго?

– Быть может, месяц.

Джон задумался, а потом вздохнул.

– Лучше уж два. Пусть его родные еще два месяца надеются, что он просто сбежал из дому. И только потом узнают трагическую правду, которая разобьет их сердца.

Он покачал головой:

– Хорошо, что я не видел его лица. Иначе меня бы до конца жизни мучили кошмары.

– Ты удивишься, узнав, что может вынести человеческий рассудок, – ответил Дэн, вспомнив о миссис Масси, которая теперь надежно сидела под замком в его голове и уже никого не могла напугать. Он завел двигатель «форда», потом опустил стекло со своей стороны и несколько раз хлопнул перчаткой по двери, чтобы стряхнуть грязь. Затем надел ее, сунув пальцы туда, куда прежде солнечными днями ложились пальцы паренька. Закрыл глаза. А секунд через тридцать снова открыл.

– Уловил что-нибудь?

– Вас зовут Барри. Вы мой друг.

– И что это значит?

– Не знаю, но подозреваю, что здесь не обошлось без некой личности, которую Абра называет Барри Скитальцем.

– Больше ничего?

– Остальное нам расскажет Абра.

– Ты в этом уверен?

Дэн подумал о том, как обострилось зрение, стоило Абре проникнуть в его сознание.

– Да, уверен. Посвети, пожалуйста, фонариком внутрь перчатки. Мне показалось, там что-то написано.

Джон направил луч, высветив надпись, сделанную детскими печатными буквами: «ТОУМИ 25».

– Что это? – спросил Джон. – Я думал, его фамилия была Тревор.

– Джим Тоуми – известный бейсболист. Играет под двадцать пятым номером. – Дэн еще какое-то время разглядывал перчатку, потом бережно положил ее между сиденьями. – Вероятно, он был для мальчишки кумиром из высшей лиги. И Брэд назвал свою перчатку в его честь. Я доберусь до этих подонков. Богом клянусь, я их разыщу и заставлю ответить за все.

14

Роза-в-Шляпе сияла – если на то пошло, сияли все члены Узла, – но совсем не так, как Дэн или Билли. Поэтому, когда Роуз и Ворон прощались, у них не возникло ни малейшего подозрения, что труп мальчика, убитого ими два года назад в Айове, как раз в этот момент обнаружили двое мужчин, которые и без того уже знали о них слишком много. Роуз еще могла бы перехватить телепатические диалоги Дэна и Абры, если бы погрузилась именно сейчас в состояние глубокой медитации, но, разумеется, в таком случае девочка немедленно почувствовала бы ее присутствие. А кроме того, прощание, происходившее той ночью в «эрскрузере» Роуз, носило особо интимный характер.

Она лежала на спине, сплетя пальцы на затылке, и смотрела, как Ворон одевается.

– Ты ведь наведался в тот секс-шоп? В «Зону Икс»?

– Не сам. Мне все же дорога моя репутация. Послал Джимми Счетовода. – Ворон застегнул пряжку ремня и усмехнулся. – Он мог купить все нужное за пятнадцать минут, но проторчал там два часа. Думаю, Джимми обрел второй дом в Сайдуайндере.

– Это даже хорошо. Надеюсь, вы, мальчики, получите удовольствие. – Она старалась говорить шутливо, но после двух дней траура по Дедушке Флику, завершившихся прощальным обрядом, шутить было нелегко.

– Там все равно не было ничего сравнимого с тобой.

Она вскинула брови.

– Значит, все-таки устроил предварительный просмотр, а, Генри?

– Не было необходимости.

Он еще раз оглядел ее, лежавшую обнаженной на постели с веером черных волос, разметавшихся по подушке. Даже так она казалась высокой, а Ворон всегда отдавал предпочтение рослым женщинам.