Читаем Дочь палача полностью

– Половина совета была против строительства. Хольцхофер, Пюхнер, Августин, и возглавляет всех сам бургомистр Карл Земер… – Затем он резко посерьезнел. – При этом я, разумеется, никого из них заподозрить не посмел бы.

Аристократ встал и принялся ходить из угла в угол.

– Я вас не понимаю, Фронвизер, – сказал он. – Моя Клара исчезла, два ребенка убиты, склад сгорел, а вы расспрашиваете меня о каком-то погроме на стройке! К чему это?

– Сегодня утром мы у больницы видели кое-кого.

– Кого же?

– Дьявола.

Шреефогль закашлялся, а Симон продолжил:

– Во всяком случае, того человека, которого здешние жители называют дьяволом, – сказал он. – Предположительно солдат, хромает. Тот самый, который похитил вашу Клару и который несколько дней назад вместе с другими солдатами объявился в трактире Земера. И который встречался на втором этаже с каким-то важным человеком.

Шреефогль снова сел.

– Откуда вам известно, что он виделся с кем-то в трактире? – спросил он.

– Служанка рассказала, – кратко ответил Симон. – А бургомистр Земер об этом и слушать не пожелал.

Шреефогль кивнул.

– И с чего же вы решили, что человек тот был кем-то важным?

Симон пожал плечами.

– Солдат для чего-нибудь нанимают, такая у них работа. А чтобы оплатить услуги четверых наемников, нужно немало денег. Вопрос только в том, для чего их наняли… – Он наклонился поближе к Шреефоглю и тихо спросил: – Где вы были в прошлую пятницу?

Якоб спокойно выдержал взгляд лекаря.

– Вы заблуждаетесь, если считаете, будто я как-то причастен к этому, – прошипел он. – Они мою дочь похитили, не забывайте.

– Где вы были?

Аристократ откинулся в кресле и, казалось, задумался.

– Я отправлялся в цех, – сказал он наконец. – Там забилась труба, и мы до поздней ночи пытались ее прочистить. Можете, если хотите, спросить рабочих.

– А вечером, когда сгорел склад? Где вы были тогда?

Якоб Шреефогль ударил по столу, так что подскочила миска с пряниками.

– Мне надоел ваш допрос! Моя дочь пропала, вот что волнует меня. До ваших погромов и строек мне дела нет. А теперь убирайтесь из моего дома, сейчас же!

Симон попытался его успокоить:

– Я просто пробую каждую зацепку, какую найду. Я тоже не знаю, как это все связано, но как-то связано. И дьявол этот – ключ ко всему.

В дверь постучали. Так как Шреефогль все равно уже вскочил, он прошел несколько шагов к двери, резко ее распахнул и грубо спросил:

– Что еще?

Перед дверью стоял маленький мальчик лет, наверное, восьми. Симон встречал его. Это был ребенок Гангхофера, пекаря с Куриного переулка. Он боязливо уставился на аристократа.

– Вы советник Якоб Шреефогль? – спросил он робко.

– Да, я. Что ты хотел? Давай живее! – Шреефогль вознамерился уже захлопнуть дверь.

– Отец Клары Шреефогль? – спросил мальчик.

Советник замер.

– Да, – прошептал он.

– Мне велели передать, что с вашей дочерью все хорошо.

Шреефогль нагнулся и притянул к себе мальчика.

– Откуда ты узнал?

– Я… я… мне нельзя говорить. Я обещал!

Якоб схватил малыша за грязный воротник и поднял его прямо перед собой.

– Ты видел ее? Где она? – закричал он ему в лицо.

Мальчик дрыгался и пытался вырваться из рук Шреефогля.

Вмешался Симон. Он достал монетку, высоко подбросил ее и стал крутить в пальцах. Мальчик уставился на нее и стал следить зачарованным взглядом.

– Твое обещание не должно тебя связывать. Ты же не давал христианской клятвы, так ведь? – успокоил его Симон.

Мальчик покачал головой. Шреефогль осторожно отступил в сторону и теперь в ожидании переводил взгляд с одного на другого.

– Итак, – спросил Симон. – Кто тебе сказал, что с Кларой все хорошо?

– Это… это София, – прошептал малец, не упуская монету из вида. – Рыжая девочка. Поймала меня у пристаней и рассказала. И дала мне яблоко, чтобы я все передал.

Симон ободряюще погладил мальчика по голове.

– Ты все правильно сделал. А София не сказала тебе, где Клара сейчас?

Мальчик боязливо покачал головой.

– Это все, что она сказала. Клянусь святой Богородицей!

– А София? Где она сейчас? – спросил, в свою очередь, Шреефогль.

– Она… она сразу убежала. Через мост и в лес. Я глядел ей вслед, но она бросила в меня камнем. Тогда я сразу отправился к вам.

Симон искоса посмотрел на Шреефогля.

– Думаю, он говорит правду.

Якоб кивнул.

Симон собрался было вручить мальчику монетку, но Шреефогль потеснил его, залез в собственный кошелек, достал оттуда блестящий серебреник и протянул малышу.

– Он твой, – сказал он. – Получишь еще столько же, если выяснишь где прячется София или моя Клара. Мы не хотим зла Софии, понимаешь?

Мальчик схватил монету и сжал ее в правом кулачке.

– Дру… другие ребята говорят, что София ведьма и ее скоро сожгут вместе с Штехлин, – пробормотал он.

– Не надо верить всему, что говорят другие дети, – Шреефогль подтолкнул его. – А теперь беги. И не забывай, что это наша тайна, понял?

Мальчишка кивнул. В следующую секунду он уже исчез, сжимая сокровище, за ближайшим углом.

Шреефогль закрыл дверь и взглянул на Симона.

– Она жива, – прошептал он. – Клара жива! Надо сейчас же рассказать жене… Простите меня.

Он спешно стал подниматься по лестнице, но на полпути остановился и снова взглянул на Симона.