Читаем Дочь падишаха пери полностью

– Будь что будет! – подумал шахзаде. – Я спасу эту беднягу от когтей хищника. Быть может, бог тогда исполнит мое желание.

И он бросил в сокола посохом, так что острием распорол ему живот. Когда сокол свалился на землю, то поднялся грохот, засверкала молния, подул ураганный ветер, потом стало тихо, воздух прояснился, и шахзаде увидел на земле чудище с Разодранным брюхом, которое отправилось прямой дорогой в ад. А водяная птица превратилась в красавицу-пери, подобную солнцу.

– Хвала тебе! – воскликнула она. – Кем бы ты ни был, ты совершил подвиг и оказал мне добро. Ради пророка Солеймана – мир ему – я исполню любое твое желание. Покажись же мне!

Шахзаде снял шапку-невидимку, и пери увидела человека, подобного сияющему солнцу. Она поразилась его красоте и воскликнула:

– О юноша! Кто ты и как сюда попал? Еще никогда сюда не ступала нога человека. С тобой, наверно, шапка-невидимка Солеймана, раз ты можешь скрыться от пери.

– Да, – ответил шахзаде.

– Чего ты желаешь? – спросила пери. – Я постараюсь помочь тебе.

Шахзаде сказал:

– Я прибыл сюда, чтобы нырнуть в один из четырех водоемов, чтобы потом съесть лепешку и луковицы и обнять Санаме Голезар.

– О юноша! – вскричала пери. – Да будет тебе известно, что злой дух, заколдовавший яму, лепешку и луковицы, есть тот самый, которого ты убил. У нынешнего падишаха пери был предок, могущественный падишах. Ему не хотелось, чтобы кто-нибудь касался его дочери, и он приказал этому злому духу сотворить такие чары, чтобы никто не мог жениться на дочерях его рода. И вот уже семь поколений царевен из этого рода сошли в землю незамужними. Сам падишах разрешил взамен этого злому духу брать любую юную пери, когда захочет. Тот взял дочь моего дяди, потом возжелал меня, но я не согласилась жить с ним, и он погнался за мной, догнал меня здесь и вознамерился схватить меня. Он уже довел меня да изнеможения, но всевышний бог послал тебя на помощь, и ты убил его. Эти четыре водоема вырыты им, а он показал дочери моего дяди тот водоем, откуда выходят невредимым. Каждую пятницу он купался в этом водоеме и уходил до наступления следующей пятницы. О юноша! Я ведь знаю, что с тобой шапка-невидимка пророка Солеймана. А если к тому же у тебя есть еще его башмаки и посох, то можешь отправляться к тому колодцу.

– Все это со мной, – признался шахзаде, – и пери посоветовала ему:

– О юноша! Надень шапку и башмаки, возьми в руку посох и ступай к колодцу в пятницу. Там ты спрячься в потаенном уголке. Когда прилетит пери, то ты заприметь, в каком водоеме она искупается. А потом сам искупайся в том водоеме. Но смотри, не говори никому, что тебя научили этому, не то превратишься в камень. Хоть ты видел меня, притворись, что не видел.

Шахзаде простился с пери, а в пятницу отправился к колодцу, спустился в него и сел в уголке. Через некоторое время в яму влетела голубка, отряхнулась и превратилась в пери. Она разделась, повязалась набедренной повязкой и вошла в водоем с желтой водой, омыла там тело и голову, вышла, оделась, снова превратилась в голубку и улетела.

Шахзаде не медля разделся, повязался набедренной повязкой, вошел в водоем, вышел и двинулся прямой дорогой в сады Ирема.

Прибыв туда, шахзаде надел шапку-невидимку, вошел во дворец и слышит, что падишах говорит:

– Как ни увещевал я юношу, ничего на него не подействовало – не знаю, что теперь с ним стало. Мы же поступили с ним неблагородно и неблагодарно. Если бог снова приведет его ко мне, то я провожу его, утешив.

Шахзаде вышел из дворца, вернулся назад на расстояние одного перехода и отправил оттуда гонца к падишаху с вестью о своем возвращении.

Падишах велел встретить шахзаде и с великим почетом ввести в город. Когда они поели и напились, шахзаде обратился к падишаху так:

– О властелин! Я пришел съесть лепешку и луковицы.

– О юноша! – стал отговаривать его падишах. – Откажись от этой несбыточной мечты, а то как бы тебе не превратиться в камень. Ведь потом все станут порицать меня за то, что я отправил тебя бог весть за чем и что ты окаменел из-за меня, хоть ты и оказал мне великие услуги. Ведь я опозорюсь на весь мир! Бери любую из пери, и я дам еще вдобавок тебе столько добра, сколько ни у одного человека не было.

– О падишах! – возразил шахзаде. – Если бы богатства и сокровища были мне дороги, я не расстался бы с царством Чин. Ты не беспокойся, я все предусмотрел.

– Коли так, – согласился падишах, – то во имя Аллаха! Потом он отвел шахзаде в комнату с лепешкой и луковицами и велел разостлать перед ним скатерть и предложил:

– Ешь!

– Во имя Аллаха милостивого, милосердного, – произнес шахзаде и протянул руку к лепешке и луковицам. Те на этот раз не заговорили и не отскочили от шахзаде. Шахзаде разломил лепешку, раскрошил луковицы и съел все вместе, но не окаменел. А падишах пери только диву давался. Он вскочил с места, поцеловал шахзаде в лоб и воскликнул:

– О юноша! Ты совершил свое дело! Теперь мне уже нечем отговориться. Но злой дух, хозяин этих чар, станет упрекать нас, что мы выдали свою дочь за тебя, а не за него.