Читаем Дочь Галилея полностью

Вскоре после внезапной смерти князя Чези в середине лета 1630 г. Галилей стал искать нового издателя и печатника во Флоренции. В сентябре он получил официальное разрешение от викария флорентийского епископа, инквизитора Флоренции и придворного цензора великого герцога, отвечавшего за просмотр книг, - то есть повторил всю процедуру, словно никогда и не ездил в Рим. Но затем он счел себя обязанным проинформировать об этом отца Риккарди в Ватикане. Поскольку тот потратил немало времени на чтение и обсуждение «Диалогов» с Его Святейшеством и указал Галилею на конкретные пункты, нуждавшиеся в исправлении, было совершенно необходимо сообщить ему письмом, что в связи со смертью князя Чези, совпавшей с трудностями в перемещении и общении в пределах полуострова из-за чумы, издавать книгу приходится не в Риме, а в Тоскане.

Ответ отца Риккарди показал Галилею, что тот не утратил интереса к «Диалогам». Он хотел по-прежнему наблюдать за тем, как сложится судьба книги; мало того, он захотел перечитать ее и попросил Галилея незамедлительно прислать рукопись.

Но как в те непростые времена было возможно отправить увесистый том в Рим? Секретарь великого герцога предупредил Галилея, что даже обычные письма могут быть задержаны и конфискованы на контрольно- пропускных пунктах, не говоря уж о толстой рукописи, прибывшей из района, охваченного эпидемией.

Галилей повторно написал отцу Риккардо 7 марта 1631 г., в качестве компромисса предлагая выслать ему только спорные части рукописи: вступление и заключение. Отец Риккарди мог внести туда любые изменения по своему усмотрению - сокращая, меняя формулировки, даже добавляя возражения, «придавая высказанным мной мыслям обличие химер, мечтаний, алогических предположений и пустых образов»[58]. Что касается остальной части книги, Галилей предлагал подвергнуть ее переработке во Флоренции, опираясь на советы лица, избранного отцом Риккарди. И отец Риккарди согласился.

В ноябре 1630 г. Галилей надлежащим образом вернулся к переработке «Диалогов» под наблюдением нового, только что назначенного цензора, фра Джиачинто Стефани, который тщательно прочитал всю работу. Галилей с оправданной гордостью рассказывал: «Только представьте, святой отец утверждал, что при чтении у него не раз выступали на глаза слезы, когда он видел, с каким смирением и покорностью я принимаю авторитет властей, и он признал (как и все другие, кто читал сию книгу), что меня следовало бы умолять опубликовать подобную работу».

Однако Галилей все еще не публиковал свою книгу - он категорически возражал против этого, - ожидая, пока отец Риккарди не одобрит полностью вступление и заключение. Ученый ждал, а святой отец не спешил. Прошла зима, а из Рима по-прежнему - ни слова. «Все это время работа лежит без движения, - с горечью отмечает Галилей, - и моя жизнь проходит впустую, поскольку я все время пребываю в плохом самочувствии».

В марте Галилей обратился за помощью к великому герцогу, «дабы, пока я еще жив, я смог увидеть результаты своей долгой и тяжелой работы». Фердинандо, дружески расположенный к стареющему придворному философу, который с детства учил его, вступился за Галилея. И отец Риккарди, сам урожденный флорентиец, уловив ноту искренней заинтересованности в словах великого герцога, в конце мая дал согласие на публикацию вступления и заключения, хотя все еще и продолжал совершенствовать их.

«Хочу напомнить вам, - писал отец Риккарди инквизитору Флоренции 24 мая 1631 г., - что Его Святейшество думает, что название и предмет книги не должны быть сосредоточены на приливах и отливах морских, но исключительно на математическом исследовании взглядов Коперника на движение Земли… Должно быть также ясно, что сия работа написана только для того, чтобы показать наше знакомство с аргументами, которые может выдвинуть противная сторона, и что эдикт [от 1616 г.] был издан в Риме вовсе не по незнанию; к этому и должна сводиться суть вступления и заключения книги, которые я высылаю вам в совершенно переработанном виде».

Вся эта медленная работа наконец вступила в следующий этап, и в июне началось печатание тысячи экземпляров. На набор и печать первых сорока восьми из пятисот страниц «Диалогов» ушел целый месяц.

Отец Риккарди вынес окончательное суждение по данному вопросу 19 июля, когда отослал исправленные им вступление и заключение инквизитору во Флоренцию. «В соответствии с распоряжением Его Святейшества относительно книги синьора Галилея, - писал отец Риккарди в коротком сопроводительном письме от 19 июля 1631 г., - высылаю Вам это начало, или вступление, которое следует поместить на первой странице; автор имеет право изменить или украсить словесные обороты, но не должен менять содержание». Приложение отца Риккарди, изначально написанное Галилеем, было отредактировано совсем незначительно. И Галилей теперь изменил только одно слово; во всех остальных отношениях предложенное святым отцом вступление и его опубликованная версия полностью совпадали.