Читаем Дочь дьявола полностью

Господи, что же ей делать с этим упрямцем? Неужели он не понимает, что произойдет с ним и этими преданными ему простаками, если они по-прежнему будут твердить свое «нет»? Очевидно, придется поступить с ними по-другому.

— Воды не давать, Пиквит.

— Воды не давать, — словно эхо повторил помощник и ободряюще подмигнул Квинн. — Уж это-то заставит его передумать.

Однако они просчитались. Хотя еще два человека из команды Джереда Камерона присоединились к шайке Квинн, капитан и двое других матросов, судя по всему, твердо решили держаться до конца. Как мудро заметил Пиквит: шла борьба двух характеров.

— Будь он проклят, проклят, проклят! — негодовала Квинн, сердясь на себя за то, что этот золотоволосый Джеред Эйвери Камерон так занимает ее мысли.

Квинн напомнила себе, что всегда мечтала стать капитаном собственного судна, что у нее впереди еще много дел. Например, предстояло наладить дисциплину на корабле.

Пиратская жизнь становилась скучной и однообразной, если поблизости не было добычи. В это время следовало поддерживать твердый порядок среди команды и иметь достаточный запас воды и пищи. Но пираты — народ необузданный и частенько начинали действовать друг другу на нервы. Перебранки нередко перерастали в крупные ссоры и заканчивались мордобоем.

Вот и теперь завязалась драка: по палубе, сцепившись, катались два здоровенных матроса.

— Прекратить! — приказала Квинн.

Однако поглощенные выяснением отношений, разъяренные соперники даже не обратили на нее никакого внимания. Квинн пришлось тогда схватить кнут и хлестнуть их по головам.

— Я сказала прекратить!

На этот раз драчуны быстро оставили друг друга в покое и вскочили на ноги.

— Так-то лучше, — удовлетворенно заметила Квинн.

Она намеревалась поддерживать на судне твердый порядок, пусть даже с помощью применения телесных наказаний. Обычно порка и угроза высадить на необитаемый остров срабатывали безотказно, хотя бы на некоторое время.

Дни тянулись невыносимо медленно. Квинн все чаще ловила себя на том, что постоянно думает о тех, кто находится у нее под ногами. Но она знала, что должна сдержать свое слово, невзирая на то, что творится в душе. Пусть лучше они умрут, если не станут пиратами.

— Пиквит!

— Да, капитан.

— Кто-нибудь еще изъявил желание присоединиться к нам?

Помощник поднял вверх один палец.

— Рид, капитан.

— А… капитан Эйвери?

Пиквит залился краской.

— То, что он сказал, я не могу повторить: это не для женских ушей.

Квинн вспыхнула и с такой силой сжала кулаки, что ногти больно впились в ладони. Ну почему Джеред не уступит хотя бы немного? Ее губы мелко задрожали, когда вспомнила о том, каким холодом веяло от него всякий раз, когда им случалось оказаться недалеко друг от друга. Почему она так озабочена тем, что он о ней думает? Ведь ей это должно быть абсолютно все равно. Или нет?

Квинн лгала отцу, Пиквиту, другим пиратам, но сколько ни старалась, не могла обмануть себя. У нее не было сил выбросить из головы непокорного капитана, а ночью он сам являлся ей во сне. Вновь и вновь Квинн вспоминала тот поцелуй. Только в мечтах Джеред не отталкивал ее от себя, а прижимал, постанывая от наслаждения… Вот он шепчет, как она красива, нежно ласкает и улыбается, целуя ее…

— Хватит! — чуть не закричала Квинн, отгоняя прочь подобные мысли.

Ну почему Джеред так притягивает ее? Почему его образ постоянно стоит у нее перед глазами, дразня и лишая покоя?

Поначалу Квинн пыталась заставить себя с равнодушием относиться к судьбе Джереда, намеренно ужесточив условия содержания пленников. Это дало свои результаты. Рид, Бартоломью и Кэмпбелл — тому наглядное подтверждение. Квинн задумчиво скользнула взглядом по новоиспеченным пиратам, которые рьяно выполняли порученную им работу, предпочтя долю морских разбойников смерти. Почему же Джеред Камерон продолжает упорствовать? Ведь он голодает! Его мучает жажда!

Квинн медленно направилась к ведущим вниз корабля ступенькам. Вот уже несколько дней капитан сидит в этом вонючем трюме и, кажется, не собирается сдаваться. Неужели ему все равно, что они могут погибнуть? Единственным утешением было то, что сегодня еще один член команды, Мейнард, предал Джереда и перешел на ее сторону.

«Ну почему же это не капитан Эйвери?» — задавала она себе один и тот же вопрос.

Наверно, Квинн было бы приятно узнать, что и она занимает мысли Джереда, хотя эти размышления вряд ли обрадовали бы ее.

Днем и ночью преследовал бывшего капитана «Ветра странствий» образ молодой злодейки, но им двигало только одно чувство — месть.

— О, хотя бы на мгновение оказаться на свободе! — вздрогнув, прошептал Джеред.

Он с детства не выносил замкнутых помещений. Возможно потому, что его часто наказывали, запирая в чулан. Но несмотря на невыносимые страдания, Джеред никогда не просил пощады. Не собирался сдаваться он и на этот раз, уверенный в том, что когда-нибудь доберется до этой ведьмы, пусть даже ценой собственной жизни.