Читаем Дочь Авраама полностью

– Миссис Роббен привезла Свиту бутылку хорошего виски, которую захватила из бара хозяев. А в вечерней сумочке у нее был обычный складной нож. Думаю, вначале она рассчитывала, что он просто не сможет устоять перед выпивкой, и с ним будет легко справиться. Но даже когда Свит отказался от спиртного, Эллен это не остановило. Ведь эта женщина в молодости отправлялась в экспедиции и ездила на сафари. У нее твердая рука, в отличие от своего подельника Мортона, она может убить без колебаний. Знаете, меня долгое время вводило в заблуждение, что Свит был заколот с левого угла, что вроде бы указывало на то, что убийца правша. Но все было намного проще. Миссис Роббен сидела на скамье с левой стороны от Свита. Она достала нож и вонзила его левой рукой прямо над ключицей. На нее саму не попало ни капли крови. Потом она спихнула Свита со скамьи, вынула нож из раны, когда сердце перестало биться, на всякий случай приложила пальцы Свита к бутылке скотча и разбила ее о каменную поверхность. Точно также она поступила и Каллиопой Пьюфрой. Пригласив ее в свою машину, она повернулась и выстрелила с водительского сиденья в грудь женщине. Судебный эксперт опять решил, что выстрел был произведен спереди с левой стороны с близкого расстояния, а жертва провела некоторое время, лежа на кровати с опущенными вниз ногами. На самом деле, миссис Роббен просто откинула сиденье автомобиля почти до горизонтального состояния, накрыла чем-то миссис Пьюфрой и спокойно отправилась в театр, создавать себе алиби. Труп в парк позже вечером отвез Мортон. Что касается Гаррисона, то миссис Роббен стреляла в упор правой рукой. Ведь она блистательно стреляет из классического длинного английского лука для левши. То есть рукоять она привыкла держать именно правой рукой.

Эллен вопросительно взглянула на мужа. Очевидно, она решила, что пришло время избавить ее наконец от этого недоразумения.

– Вы нагородили кучу фантастических предположений, Стин, – устало сказал Вим. – Мы вас терпеливо выслушали. Думаю, никто здесь не поверил, что моя жена является сумасшедшей убийцей, которой вы попытались ее представить. Все эти измышления про левую и правую руку, про то, как Эллен якобы ускользнула с важного приема, чтобы разгуливать по самому преступному парку Анахайма в вечернем платье под плащом, они… годятся для романа. Действительно, вам бы детективы писать. Сейчас я слишком устал, чтобы всерьез возмутиться. К тому же, мне надо заняться обстоятельствами, при которых погиб Морт. Сейчас я надеюсь, что вы оставите нас немедленно и больше никогда не побеспокоите. В противном случае вы будете иметь дело со всей юридической армией нашей компании. Для человека, который реально, а не гипотетически замешан в двух убийствах, у вас довольно шаткое положение.

Вим встал обнял жену за плечи, разворачивая в направлении двери. Кристиан призывно посмотрел на Беттани.

– И все-таки я не понимаю, – задумчиво прогнусавил Алан. – Все, что вы рассказали, с технической точки зрения звучит довольно логично. Но зачем Эллен убивать этого Свита, а потом других людей? Вот, мы только что узнали, что настоящий отец Пиппы погиб много лет назад. Конечно, для нее это шок, но я думаю, что она быстро оправится. Правда же, старушка? Ты же не из тех, кто позволит прошлому сломать твою жизнь.

Пиппа удивленно смотрела на кузена, словно он говорил на незнакомом ей языке.

– Ну, ты же хотела знать правду? Вот, теперь ты ее знаешь. К тому же есть и хорошая новость – у тебя нет наследственного алкоголизма. Можешь перестать цедить свою безалкогольную шипучку и позволить себе настоящее шампанское. Кстати, принести тебе бокал?

– Алан, перестань паясничать, – сурово сказал Вим.

– А я бы не отказался от глоточка, – не дал себя сбить Алан. – В горле пересохло после всех этих откровений, прямо как в пьесах Юджина О’Нила. Да и мистеру Стину не помешает выпить, после того, как он тут разорялся. Где знаменитое гостеприимство Роббенов?

– Алан! – на самом деле закричали уже сразу трое, Вим, Эллен и Беттани.

– Я бы тоже выпил, – заявил Кристиан, вновь овладев своим механическим голосом. – Перкинс, – позвонил он в колокольчик. – Принесите шампанского для всех. Вы же не откажетесь, мистер Стин?

– Почему бы и нет.

Пиппа вначале покачала головой, когда дворецкий обнес всех подносом с напитками и потянулась было к стакану с апельсиновым соком, но потом передумала, схватила хрустальный бокал и сделала большой глоток.

Вим и Эллен смотрели на внучку с глубокой печалью.

– Так вот я чего не могу понять, – продолжил Алан с бокалом в руке, завладев вниманием. – Предположим, этот Лерой Свит раскаялся и в лучших традициях рождественских рассказов решил рассказать Пиппе правду о том, что он не ее отец. Вы видели, что произошло. Это не произвело эффекта разорвавшейся бомбы. Может, маленькой гранаты, но не стало Хиросимой нашей семьи. А, может быть, Пиппа вообще ему бы не поверила. Решила бы, что папочка окончательно дошел до ручки и пропил остатки разума. Зачем по-вашему Эллен понадобилось идти на такой риск и его закалывать в парке?