Компания начала бурно совещаться. В какой-то момент второй парень, напоминающий средневекового алхимика, безрезультатно потратившего полжизни на поиски эликсира вечной молодости, извернулся и цапнул со скамьи отставленную мною бутылку. Дискуссия явно оживилась, к тому же парни из-под дерева уже открыто начали подбираться поближе. Все они выглядели анорексичными заморышами, но их было пятеро, включая неадекватную девицу, не перестававшую хихикать. Если бы им пришло в голову на меня напасть, не уверен, что смог бы справиться с этой оравой возбужденных маргиналов. На всякий случай я нащупал в кармане пистолет.

– Шастный тектифф, значт, – вернулся ко мне главный парламентер. – Зелень есть?

Я медленно залез в карман и вынул пятерку, помахав ею перед носом у бутылочного, потом убрал обратно.

– Тфацать, – немедленно ответил он, сделав решительный глоток из моей бутылки и даже не советуясь с коллегами.

– Двадцатка будет. Если я услышу что-то интересное.

– Тфай пять, – кивнул бутылочный. Девчонка захихикала.

Поколебавшись мгновение, я положил «линкольна» на скамью. Алхимик снова со змеиной ловкостью завладел добычей.

– Мы нигда его не фдели, – сообщил мне бутылочный и победно замолчал, будто выполнил условия контракта.

– Не видели кого? Того негра Рэйми? В тот вечер не видели или вообще?

– Фапще.

– И что?

– Серьезно, мужик, – вмешался алхимик, решивший внести ясность. – Копы показывали фото. Мы этого ниггера тут никогда не видели.

– Тфай тфацать, – решительно заявил бутылочный.

– Нет, ребята, извините. Я обещал двадцатку только за реальную информацию. Оставьте пятерку себе, купите на нее что-нибудь хорошее.

Я поднялся со скамьи.

– Я видела ангела, – вдруг захихикала девица.

Да ей наверное каждую ночь являлись то ангелы, то черти.

– Нет, правда, – продолжала она верещать. – Тем вечером. Копы мне не поверили. Настоящего ангела с небес в сверкающих доспехах. Только он скрывал их под черными крыльями, чтобы его не схватили демоны на земле. Ангел явился с небес и поразил черномазого, как сказано в Писании.

– Прис фсе скзала. Тфай тфацать, – подвел итог бутылочный.

– Нет, ребята, так не пойдет. Я плачу за информацию о людях, а не об ангелах.

– Здесь была машина, – пробубнил алхимик. – Такая информация пойдет?

– Какая машина?

– Маленькая.

– Где ты ее видел?

– Там, – махнул он рукой. – У тротуара. Я ходил отлить и заметил ее через кусты.

– И что тут такого?

– Да кто тут паркуется вечером? – удивился алхимик. – Тем более зимой.

– Ты разглядел марку и цвет?

– Не-а. Говорю ж, маленькая. Может, серая, зеленая, коричневая… или голубая.. Было темно, до фонаря далеко.

– Гони тфадцать, – судя по всему, бутылочный был казначеем этой группы.

Я осторожно вынул две десятки, стараясь сильно не раскрывать бумажник, положил их на скамью, а потом начал медленно пятиться, стараясь не выпускать компанию из поля зрения. В этот момент я понял, что давно потерял из вида парочку, лежащую под деревом. Куда они, черт возьми, делись? Пока мы беседовали, легкие сумерки сменились вечерней тьмой, так что я с трудом мог разглядеть, что происходит в паре ярдов. На соседней аллее маняще светил редкий неразбитый фонарь, и я быстро стал двигаться в его сторону, держа палец на спусковом крючке.

Вдруг моя голова напоролась на что-то очень твердое, все фонари в парке загорелись яркими огнями, а потом свет совершенно померк.

<p>Глава 15</p>

Я пришел в себя и некоторое время катался по лужайке, охая от боли и тошноты, стараясь принять сидячее положение. К счастью, когда мне заехали по черепу, шляпа смягчила силу удара. Машинально взглянул на часы, чтобы попытаться определить, сколько времени я был в отключке, и обнаружил, что они пропали с запястья. Ничего страшного, это был грошовый «Таймекс», но все равно я ощутил обиду.

Потом похлопал себя по карманам, оценивая ущерб. Как я и предполагал, парковая команда меня практически вычистила, благородно оставив только ключи и бумажник с водительскими правами и детективной лицензией. Очень мило с их стороны, не хотелось бы тратить время на восстановление документов. Естественно, все наличные исчезли. Как и мой пистолет.

Я проклял собственную самонадеянность. С тех пор, как я ушел из полиции и получил лицензию детектива, я старался брать с собой оружие только в исключительных случаях, остальное время он прохлаждался у меня в квартире или в сейфе в конторе. Потому что я по опыту знал, что на любого идиота с пистолетом всегда найдется другой идиот, который может у него этот пистолет отобрать. И, надо же, именно я и стал жертвой своего мудрого наблюдения.

Когда мне наконец показалось, что земля перестала вращаться, я попытался встать с лужайки, сжавшись от боли, не только в голове, но и в животе и ребрах. Видимо, грабители в порыве разочарования пнули меня еще несколько раз, пока я был без сознания. Ведь в бумажнике у меня оставалась только пятерка и три купюры по доллару.