Читаем Добрый доктор Айбандит полностью

Эмми опять обняла меня, погладила по спине и заворковала:

– Назови беду вслух, легче станет. Не бойся, не стесняйся, здесь все такие, с проблемами. Я вот ненавижу выходить за ворота нашего дома, никуда-никуда не езжу. Но мне это не мешает. Главное – признать: у меня есть особенность. И сообщить, хорошо тебе с ней или плохо.

На секунду я растерялась. У каждого человека свои страхи, фобии, и я не исключение, но не хочу сейчас, в присутствии посторонних, откровенничать.

– Ну же, – теребила меня Эмми, – сделай шаг! Сразу станет легче. Поймешь, ты не одна, я с тобой.

– Я очень много ем! – выпалила я только что придуманную ложь. – Не могу сдержаться при виде пирожных, способна слопать десять штук за раз.

Эмилия склонила голову к плечу.

– А потом бежишь в туалет и засовываешь два пальца в рот? Это называется булимия, в клинике постоянно такие девочки лежат. Значит, надо смешать мяту перечную, кору крушины, плоды фенхеля и корень одуванчика. Сейчас сделаю, у меня в кладовке есть все. Пожалуйста, не уходи. Тебе сразу станет легче, вот увидишь! Посиди пока тут, я быстро.

Почти не хромая, Эмми поспешила к маленькой дверце в глубине помещения. Я опустилась на диванчик.

– Большое вам спасибо, – негромко произнесла Евгения Волкова. – Уж извините, я понимаю, что булимия не ваша проблема, но девочка так хочет всем помочь.

– Эмилия приятная девушка, – улыбнулась я, – хорошо, что она чувствует себя нужной и востребованной. А что, названный ею сбор действительно помогает булимикам?

Женя развела руками.

– Вообще-то нет. Смесь мяты, фенхеля, корней одуванчика и коры крушины, правильно заваренная и принимаемая длительное время внутрь, действительно способствует снижению аппетита, но булимия – проблема в большей степени психологическая, чем соматическая. И тут мы столкнулись с удивительным явлением. У вас найдется минутка меня послушать?

– Конечно! – обрадовалась я. – Специально приехала, чтобы набрать побольше материала для сценария.

Евгения улыбнулась и завела рассказ.

…Когда Эмилия оправилась после катастрофы, с ней начали работать психологи, и один из них посоветовал обучить девочку ремеслу. Любому, к какому у нее потянется душа. Некоторое время семья пыталась понять, куда лучше направить Эмми, и вскоре выяснилось, что она увлекается рукоделием. Кто научил ее вязать, Волковы так и не узнали, а девочка с упоением вязала милые игрушки. Для их набивки Эмми использовала вату, поролон, тряпки – короче, все, что попадалось под руку. И вот однажды она заглянула в кабинет Евгении, которая, будучи по образованию врачом-терапевтом, занимается гомеопатией, траволечением, ароматерапией, увидела в мусорной корзинке пакетик с сухой ромашкой и спросила:

– Почему ты это выбросила?

– Сушеные растения, как и пилюли, имеют срок годности, – пояснила Женя, – и если они состарились, а ты их завариваешь, то в лучшем случае занимаешься бесполезным делом, в худшем же можешь даже отравиться.

Эмми наклонилась, пощупала содержимое пакетика.

– Можно этим порошком игрушку набить? Я не заболею?

– Если не будешь жевать поделку или заваривать из нее напиток, то ничего худого не случится, – ответила Евгения.

А через неделю она заметила, что одна из пациенток, Ася Булгакова, страдающая жестокой бессонницей, развившейся в процессе лечения от анорексии, стала крепко спать.

– Вот видишь, – радостно сказала Волкова, – начинаешь потихоньку приходить в норму. Вчера ты легла в кровать в одиннадцать, сегодня встала в девять. Молодец! Скоро мы тебя совсем в порядок приведем. Зря ты лекарства в унитаз бросала, капризничала. Как только стала таблетки принимать, появилась положительная динамика.

– Это не ваши гадкие препараты подействовали, – заявила Ася, – а Эмми мне Мурлысоньку сделала. Я ее обнимаю, и мне очень хорошо спится.

– Какую Мурлысоньку? – не поняла Женя.

Ася залезла под подушку и достала связанную из шерсти кошечку.

Так и пошло. Первое время Эмми вязала «дружочков» тем, кто ей особенно нравился. Затем стать обладателем милой игрушки захотел каждый пациент клиники, причем не только девочки, но и мальчики. Больше всего Евгению удивило, что с игрушками укладывались в кровать и подростки из благотворительной «Жизни», то есть ребята, которые до того, как их увез с улицы Федор Николаевич, вели совсем не детский образ жизни. В их палитре чувств не было ни сентиментальности, ни романтизма, а вот поди ж ты, и они захотели иметь зайчиков, лисят, слонят и прочих зверей.

Немного позже в центре возник кружок. Эмми выделили комнату, снабдили необходимыми материалами и оформили ее на ставку преподавательницы рукоделия. Отныне создание «дружочка» превратилось в ритуал: пациенты сами вяжут полотно, выбирают глазки, мастерят при помощи спиц или крючка одежду. Азы вязания осваивают все – и мальчики, и девочки. Но вот набивка игрушки и помещение в нее «сердца» исключительно прерогатива Эмми.

– Сердца? – не поняла я.

Евгения взяла со стола треугольник из красного атласа.