Я переместила взгляд. Вот вам, пожалуйста, еще один среднестатистический вариант. Попросите меня описать его внешность, я начну, как Олеся, талдычить про «обычные глаза».

– Сначала я подумала, что мужчина ее клиент, – неожиданно сказала девушка, – но потом сообразила: птицы высокого полета к Розе обращаться не станут. С ней в основном небогатые клиенты общаются. Ну и с Вовкой-Цыганом она еще лялякала.

– Так вы ее знаете! – удивилась я.

– Вовку-Цыгана? – невпопад переспросила официантка. И затараторила: – Он у туалетов сидит, ботинки посетителям чистит. Генеральный управляющий «Сотого этажа» съездил в Лондон, походил там по английским торговым центрам и решил, что у нас должно быть, как у них. И посадил Вовку с гуталином. Все наши уржались! Ну, кто пойдет за триста рублей штиблеты полировать? Вовка на самом деле не цыган, просто его так прозвали.

– Меня интересует Алахвердова, – притормозила я Олесю.

– Фамилию женщины я раньше не слышала, а ее саму много раз видела, – сказала собеседница.

– Вот с этого места поподробнее, пожалуйста, – обрадовалась я. – Чем детальнее окажется ваш рассказ, тем весомее будет гонорар за него.

Напоминание о деньгах вдохновило девушку, она застрекотала с утроенной скоростью.

Некоторое время назад, Олеся не помнит когда, Роза стала регулярно посещать кафе. Появлялась раза два в неделю, как правило в районе шести-семи вечера, заказывала чай с кексом, открывала ноутбук, что-то читала, печатала. Изредка к ней подходили разные люди, она вела с ними тихие беседы. Официантка быстро поняла, что Роза использует забегаловку в качестве офиса, – вероятно, она работает с частными заказчиками, но не имеет достаточно средств, чтобы снять служебное помещение. Никаких треволнений официантке Алахвердова не доставляла, люди, подходившие к ней, тоже не шумели, вели себя скромно, и Олеся перестала обращать внимание на постоянную клиентку. Единственное, что ей не нравилось, – отсутствие чаевых. Роза всегда расплачивалась строго по счету, даже лишних десяти рублей не оставляла. Официант не имеет права требовать вознаграждения, он должен его заслужить хорошей работой. И Олеся сначала улыбалась Розе, изображала радость при виде ее, говорила:

– Как приятно, что вы снова к нам заглянули. Вам, как обычно, чаек и кексик?

Но Алахвердова не шла на контакт, сухо отвечала:

– Да. Большой чайник и маффин с шоколадной крошкой.

Очень скоро Олеся поняла: дамочка из тех, перед кем можно сплясать, спеть, пройтись колесом, но от них никогда не получишь даже гнутой монетки. Официантка перестала любезничать с клиенткой, просто подавала меню и молча приносила заказ. И вот однажды к Розе подсел Вовка-Цыган, они начали самозабвенно шептаться. К огромному сожалению, Олеся не услышала ни слова из их беседы, но поняла, что у Розы с чистильщиком обуви довольно близкие отношения – она о чем-то просит его, а тот ей отказывает. В конце концов он ушел, Роза тоже засобиралась и попросила счет. А когда Олеся принесла чек, возмутилась:

– Почему сегодня в два раза дороже, чем обычно?

– Ваш гость выпил кофе и съел штрудель, – пояснила официантка.

– Еще чего! Не собираюсь платить за него! – взвилась посетительница. – С чего вы решили, что я отдам деньги за чужой заказ?

Олеся растерялась.

– Я полагала, вы вместе. Кавалер ушел первым, я решила, что счет вы оплатите.

Алахвердова поджала губы и достала мобильный. Спустя короткое время Цыган вернулся в кафе и громко сказал:

– Ну, ты даешь! Сто рублей пожалела?

– Я не обязана тебя кормить, – фыркнула Роза.

– Офигеть, какая трата, – засмеялся Владимир, протягивая Олесе деньги. – Извините, девушка, не предполагал, что моя знакомая столь мелочна.

– Ты для меня ничего делать не желаешь, а я тебе кофеек наливать должна? – закричала Роза. – Что ты недавно сказал? Каждый старается исключительно для себя! Вот и раскошеливайся!

– Твоя затея дурно пахнет, – парировал Цыган, – поищи другого дурака для ее исполнения.

Роза покраснела, схватила сумку и убежала.

– Мы в расчете? – улыбнулся официантке Цыган. – Оставьте сдачу себе.

Глава 12

Я отдала Олесе честно заработанный гонорар и, сжимая в руке мобильный, побежала на поиски Цыгана. Очень не хотелось пропустить звонок Макса, но муж пока молчал.

В холле между туалетами я увидела высокое деревянное кресло, подставку для ног и большой плакат: «Обувь – лицо человека». Но вот самого чистильщика на рабочем месте не оказалось. Я заглянула в дамскую комнату и спросила у пожилой уборщицы:

– Не знаете, куда Владимир подевался?

– Цыган? – уточнила старушка. – Он ни перед кем не отчитывается, сам себе хозяин – индивидуальный предприниматель. Уходит, когда хочет, появляется, когда пожелает. Ему не надо тряпкой полы с утра до полуночи драить, как некоторым. Ищи-свищи ветра в поле!

– Вы случайно не в курсе, где живет Владимир? – не успокаивалась я.