Читаем Добрая фея полностью

– Вряд ли, – улыбнулась Инна. – Только если ты сам хочешь этого. Не забывай, у тебя есть я, а я исполняю желания, это мое свойство.

Произнеся эти слова, Инна неожиданно погрустнела. Костя почувствовал неясное беспокойство.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Да нет, пустое, – отмахнулась Инна. – Давай, мойся и по пиву.

Когда Костя вышел из душа, Инна сидела перед телевизором, пила «Гиннесс» из большой стеклянной кружки и закусывала фисташками. Костя сел рядом и сказал:

– Раньше ты не пила алкоголь.

– Раньше я много чего не делала, – ответила Инна и почему-то нервно хихикнула. – А теперь подумала – какого…

Она сделала большой глоток, оборвав фразу на полуслове. Костя все понял. Она только говорит, что не ревнует и не сердится, но на самом деле ее больно ранило то, что он натворил прошлой ночью. Он дурак, знал же, к чему это приведет, знал, что те шлюхи ничего не стоят, ну, попробовал он секс втроем, ну, сбылась мечта идиота, а теперь Инна страдает, чуть не плачет…

По телевизору начались новости. Вчера в сауне они тоже смотрели телевизор, Костя смутно припомнил, что в начале мероприятия, когда все были более-менее трезвы, в новостях сообщили о каком-то теракте в Каледонии, все начали спорить о политике, чуть было не переругались, а потом Олег Дмитриевич обложил всех матом и выключил телевизор. Они выпили за то, чтобы политика не мешала хорошим людям жить в мире, потом выпили за что-то еще, потом на коленях у Кости неожиданно обнаружилась худая и очень гибкая темноволосая девица с длинным носом и лицом, как у хорька. Странно, но ее некрасивое лицо, плоская грудь и костлявая задница ничуть ее не портили, она была очень ласкова и, казалось, реально наслаждалась происходящим. Кто-то говорил Косте, что все дорогие шлюхи – хорошие актрисы, так эта девчонка была гениальной актрисой. И вторая, маленькая полная блондиночка с большой натуральной грудью, тоже была очень хороша, хотя и не так, как первая. А как они друг друга…

Костя запоздало сообразил, что Инна читает его мысли, а сейчас его мысли для нее как острый нож по сердцу. Она делает вид, что смотрит телевизор, но это только чтобы не обижать его, хотя сейчас она имеет полное право его обидеть, он заслужил.

– Вооруженные силы Рифейского военного округа приведены в повышенную боевую готовность, – вещал тем временем диктор. – Министерство иностранных дел выступило с заявлением… вся ответственность будет возложена на политические силы Каледонии, которые безответственно… бла-бла-бла…

– Почему вы, люди, такие дураки? – неожиданно спросила Инна.

Посмотрела на пивную кружку в собственной руке таким взглядом, как будто это была ядовитая змея, резким и неловким движением поставила ее на стол, расплескав пиво, запустила обе руки в распущенные и всклокоченные волосы, вскочила и стала ходить туда-сюда, приговаривая:

– Вы идиоты! Ну как можно быть такими идиотами?! Правильно вам говорили Моисей с Буддой, не желай вола, не желай раба, вообще ничего не желай, раз не умеешь пожелать нормально, как нормальные разумные существа. Вы обезьяны с гранатой! Какие вы, к черту, разумные? Вы звери! Жрать, срать, ржать, трахаться, драться и социальный статус повышать – вот что вам нужно! Чем вы отличаетесь от шимпанзе? Да ничем, только мозги больше, и все. Ну зачем ваш сумасшедший бог истребил троодонтов? Зачем дал разум этим потным трупоедам? Я все понимаю, эволюция, все дела, но должен же быть какой-никакой всевышний сверхразум! Ну, не дал тварям морали, но можно было что-нибудь другое придумать! Эусоциальность, территориальный инстинкт, врожденное миролюбие, в конце концов! Ну чего стоило запустить в саванну не львов убогих, а нормальных серьезных хищников, чтобы выжрали поганых тварей на корню. Появилась бы в галактике нормальная уравновешенная раса на основе горилл, а не эти уроды моральные! Нельзя с ними устанавливать контакт, надо секретить все данные по максимальному уровню и уходить с этой планеты навсегда. Люди – не просто обычные квазиразумные твари, они красивы, привлекательны, с первого взгляда вообще прекрасны. Мы-то, идиоты, думали, что это неизвестный природный процесс, потом думали, что социальная аномалия, психологический дедлок, а это просто звериная сущность проявляется. Не начнись среди вас прионные инфекции, вы бы до сих пор друг друга жрали, и хорошо было бы, не пришлось бы нам так долго обманываться. Боже мой, какая глупость!

Она плюхнулась в кресло, скрючилась, уткнув голову в ладони, и замерла. Костя тоже замер, он смотрел на нее расширенными глазами, понимал, что надо что-то сказать, но не знал, что именно сказать. А потом он вдруг спросил, неожиданно для самого себя:

– Так, значит, бог есть?

Плечи Инны задрожали, вначале Костя подумал, что она плачет, потом понял – смеется. Невеселым таким истерическим смехом.

Отсмеявшись, Инна выпрямилась, отбросила волосы назад с красного заплаканного лица и произнесла со злым сарказмом: