Мне не требовалось много времени, чтобы подготовиться к поездке на похороны, поэтому, достав тетрадь, я вновь принялась за дневник Эвелины. То, что это был дневник, я поняла уже по первым, наполовину разгаданным строкам. Первая строка была написана в те годы, когда она еще не стала банкиршей, а занималась контрабандой камней за границу. Предложение теперь выглядело так: «После того как мне удалось избежать наказания за контрабанду камней, я решила больше не связываться с криминалом». Я так увлеклась расшифровкой, что не заметила, как летит время, и лишь когда ко мне постучала Диана, я оторвалась от тетради.

Открыв дверь, она заглянула в мою каюту и сказала:

– Я уже готова. Пойдем, выпьем кофе, и можем ехать.

– Конечно, конечно, – заторопилась я, вспомнив, что я еще даже не одета. – Иди, я тебя догоню, – сказала я, закрывая за Дианой дверь.

Наскоро одевшись, я прошла на палубу, где меня ждала Диана с чашкой горячего кофе. С некоторых пор Диана тоже пристрастилась к нему. Вскоре появился Василич и сообщил, что все готово для отплытия на берег.

Свою машину я оставила на платной стоянке, на набережной, поэтому нам пришлось немного прогуляться. По дороге мы почти не разговаривали, думая каждая о своем. Да и близкая церемония прощания с погибшей не располагала к беседе. Только когда мы уже приехали на место, Диана попросила меня:

– Женя, пожалуйста, побудь рядом со мной. Хорошо?

– Безусловно, – кивнула я.

В помещении, где стоял гроб, было много народу. Сослуживцы покойной произносили речи, рассказывая, каким хорошим человеком была Эвелина. Потом священник прочитал молитву, и вся процессия медленно отправилась на кладбище. Когда провожавшие садились в свои машины, я заметила Валерия Ивановича, начальника охраны Баринова. Он был в темном костюме, все крутился возле банкира. Даже когда Баринов произносил свою речь, начальник охраны стоял рядом с ним.

Оставив машины на стоянке возле кладбища, где не было никакой охраны, все прошли к месту захоронения.

Там все прошло очень быстро – все уже сказали, что хотели, а родственников Эвелины, как я поняла, на похоронах не было. Не знаю, то ли их вообще у нее не было, то ли они не успели приехать? Меня удивляла та поспешность, с какой похоронили Эвелину. Как будто кто-то хотел скрыть какую-то тайну…

Глава 7

Мне показалось странным, что Валерий Иванович, неотступно следовавший за Бариновым во время общего шествия, остался в машине и не пошел на само погребение. Когда тело Эвелины предали земле, все потянулись к кладбищенским воротам. Мы с Дианой тоже пошли вместе со всеми. За воротами Баринов подошел к нам и, поцеловав Диану, сказал:

– Дорогая, я должен ехать на работу, а ты постарайся сильно не расстраиваться. Я думаю, что в скором времени убийцу обнаружат, – он посмотрел на нее каким-то странным взглядом.

– Хорошо, любимый, – согласилась Диана.

Мы повернули к моей машине, а Баринов направился к своей. Я тронулась с места, и Диана сказала:

– Вот и не стало Кассандры, – она поправила волосы.

– Кассандры? – переспросила я непонимающе.

– Да. Мы так между собой звали Эвелину, – пояснила Диана.

– А она знала об этом? – Я посмотрела на Диану. – Ну, что вы ее так называете? – В моей голове начали всплывать отрывки электронного письма Баринову.

– Конечно же, знала. Но это ее не обижало. Я думаю, любой женщине было бы приятно слышать, что ее сравнивают с египетской красавицей, которой все восхищались.

Я задумалась. А может, действительно то письмо было не от Коваля, а от Эвелины? Сегодня как раз первое число, о нем упоминалось в письме. Но если письмо было от Эвелины, тогда получается, что ее убил… Нет, нет, этого не может быть! Здесь что-то не так. Ведь если это он, тогда все мои предположения разлетаются как осколки стекла, и все представляется в совершенно другом свете. Надо постараться побыстрей расшифровать дневник Эвелины! Может, именно в нем разгадка всех этих событий? Не зря же она сказала мне: «Ты должна понять, кого ты защищаешь».