Читаем ДНЕВНИК АЛИСЫ полностью

Люси Мартин устраивает рождественскую вечеринку, и я должна принести студень. Похоже, будет весело (по крайней мере, я на это очень надеюсь). Я сама сшила себе мягкое белое шерстяное платье. Мне помогала мама, и получилось и правда очень красиво. Надеюсь, что когда-нибудь я научусь шить так же хорошо, как она. Я надеюсь, что я когда-нибудь вообще стану как она – во всем. Интересно, когда она была в моем возрасте, она тоже переживала из-за мальчиков, что она им не нравится, и из-за непостоянства подружек? А интересно: мальчики тогда тоже были так озабочены сексом, как теперь? Судя по тому, что девочки рассказывают о своих парнях, они ни о чем больше думать не могут. Никто из моих подруг не доходил до конца, но, думаю, многие девочки в школе уже этим занимаются. Мне бы очень хотелось поговорить с мамой о таких вещах, я не очень верю, что все ребята знают, о чем говорят, да и вообще не верю тому, что они об этом говорят.


22 декабря


Вечеринка у Мартин получилась забавной. Меня привез домой Дик Хилл. Отец дал ему машину, и мы катались по городу, смотрели на огни и распевали рождественские гимны. Звучит пафосно, но было и правда хорошо. Когда мы подъехали к моему дому, он поцеловал меня в щеку и пожелал спокойной ночи, это все. Я даже немного занервничала, потому что не знаю, то ли я ему не нравлюсь, то ли он просто уважительно ко мне относится или что? Наверное, я просто не могу не нервничать. Мне иногда хочется встречаться с кем-нибудь, чтобы всегда быть уверенной в том, что у меня есть парень, и чтобы у меня был кто-то, с кем бы я могла поговорить по-настоящему, но мои родители в это не верят, и кроме того, только между нами, ни один парень никогда мной серьезно не интересовался. Порой мне кажется, что никогда и не заинтересуется. Мне правда очень нравятся мальчики, даже, наверное, слишком, но я не очень привлекательна. А хочется быть привлекательной, и красивой, и богатой, и одаренной. Вот было бы здорово!


25 декабря


Рождество! Чудесное, замечательное, счастливое Рождество Христово! Я так счастлива, что едва могу держать себя в руках! Мне подарили несколько книг и записей, и юбку – мне она очень понравилась, – и еще кучу всяких мелочей. А маме понравилась моя брошка! Она ей правда понравилась! Супер! Она сразу приколола ее к ночной рубашке и потом ходила с ней весь день. Я так рада, что она ей понравилась! Приехали дедушка с бабушкой, а еще дядя Артур и тетя Джинни и их дети. Было правда здорово! Наверное, Рождество – самое лучшее время в году. Все излучают тепло и спокойствие и чувствуют себя нужными и желанными. (Даже я.) Если бы так было всегда… Ненавижу сегодняшний день за то, что он закончился. И дело не в том, что это был такой замечательный день, просто это наш последний большой праздник в этом чудесном доме.

Прощай, милый дом, убранный пышными гирляндами, ветками падуба и разноцветными лампочками. Я люблю тебя! Я буду скучать!


1 января


Вчера была в гостях у Скотта на новогодней вечеринке. Ребята слегка сошли с ума… Я рано ушла домой, сказала, что неважно себя чувствую, но на самом деле я так взвинчена оттого, что мы через два дня переезжаем, и я все время сама не своя. Наверное, не смогу уснуть обе оставшиеся ночи. Буду думать о переезде в новый дом, в новый город, в новый округ и в новый штат одновременно. Мама и папа уже познакомились с некоторыми людьми на факультете, и, по крайней мере, они уже были в нашем новом доме. Я видела его на фотографиях, но на них он кажется большим, холодным, предвещающим несчастье незнакомцем. Я надеюсь, он нам понравится, и он сможет приспособиться к нам.

Если честно, никому бы такого не сказала, кроме тебя, Дневник, но я не очень верю, что на новом месте у меня это получится. Мне с трудом это удалось и на старом, где я всех знала и все знали меня. Раньше я не позволяла себе думать об этом, но мне просто нечем похвастаться на новом месте. О дорогой Бог, помоги мне приспособиться, сделай так, чтобы меня приняли, помоги вписаться и не стать изгоем и обузой для семьи. Ну вот, опять плачу, вот размазня, но ничего больше не остается. Снова ты промок! Дневники – хорошая вещь. Смотри не простудись.


4 января


Мы переехали! Только что наступило 4 января. Десять минут второго. Тим и Алекс ссорились, а у мамы желудочный грипп, или это просто перевозбуждение, в общем, ее два раза рвало, и папе пришлось два раза останавливаться. В машине что-то сломалось, фары не включались, и я даже подумала, будто уже и папа готов развернуться и ехать обратно домой. Мама составила список для грузчиков, как перевозить вещи, но они все перепутали. В общем, мы только сейчас смогли разобрать раскладушки и лечь спать. Я рада, что захватила свой карманный фонарик; по крайней мере, могу писать. По секрету: дом выглядит довольно странным и зловещим, но, вероятно, это оттого, что нет занавесок и прочего. Думаю, завтра все покажется более жизнерадостным. Да, хуже уже и не может быть.


6 января


Перейти на страницу:

Похожие книги

Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР
Опасные советские вещи. Городские легенды и страхи в СССР

Джинсы, зараженные вшами, личинки под кожей африканского гостя, портрет Мао Цзедуна, проступающий ночью на китайском ковре, свастики, скрытые в конструкции домов, жвачки с толченым стеклом — вот неполный список советских городских легенд об опасных вещах. Книга известных фольклористов и антропологов А. Архиповой (РАНХиГС, РГГУ, РЭШ) и А. Кирзюк (РАНГХиГС) — первое антропологическое и фольклористическое исследование, посвященное страхам советского человека. Многие из них нашли выражение в текстах и практиках, малопонятных нашему современнику: в 1930‐х на спичечном коробке люди выискивали профиль Троцкого, а в 1970‐е передавали слухи об отравленных американцами угощениях. В книге рассказывается, почему возникали такие страхи, как они превращались в слухи и городские легенды, как они влияли на поведение советских людей и порой порождали масштабные моральные паники. Исследование опирается на данные опросов, интервью, мемуары, дневники и архивные документы.

Александра Архипова , Анна Кирзюк

Документальная литература / Культурология
Французские тетради
Французские тетради

«Французские тетради» Ильи Эренбурга написаны в 1957 году. Они стали событием литературно-художественной жизни. Их насыщенная информативность, эзопов язык, острота высказываний и откровенность аллюзий вызвали живой интерес читателей и ярость ЦК КПСС. В ответ партидеологи не замедлили начать новую антиэренбурговскую кампанию. Постановлением ЦК они заклеймили суждения писателя как «идеологически вредные». Оспорить такой приговор в СССР никому не дозволялось. Лишь за рубежом друзья Эренбурга (как, например, Луи Арагон в Париже) могли возражать кремлевским мракобесам.Прошло полвека. О критиках «Французских тетрадей» никто не помнит, а эссе Эренбурга о Стендале и Элюаре, об импрессионистах и Пикассо, его переводы из Вийона и Дю Белле сохраняют свои неоспоримые достоинства и просвещают новых читателей.Книга «Французские тетради» выходит отдельным изданием впервые с конца 1950-х годов. Дополненная статьями Эренбурга об Аполлинере и Золя, его стихами о Франции, она подготовлена биографом писателя историком литературы Борисом Фрезинским.

Илья Григорьевич Эренбург

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Культурология / Классическая проза ХX века / Образование и наука