Читаем Дмитрий Кантемир полностью

К описанию исторических событий Кантемир подходит как истинный ученый. Отбрасывая малозначащие моменты, он стремится раскрыть прежде всего существенные стороны событий. Ученый считает, что из имеющихся фактов историк должен выбирать наиболее важные, соответствующие его концепции; в этом состоит, по его мнению, главная трудность исторической науки. Если ученый-естествоиспытатель рассчитывает только на себя, опирается только на факты, добытые экспериментальным путем, то историк «больше должен верить другим, чем себе» (9, 62), т. е. быть объективным. Кроме того, историческое повествование не должно возбуждать недовольства со стороны соседних народов, «чтобы не говорили, что, потеряв разум от любви к родине, мы переступили границу исторической правды» (9, 9), что «свое восхваляют, а чужое хулят» (9, 177).

Не следует, советовал также Кантемир, ограничиваться лишь свидетельствами историков. Надо брать на вооружение песни, баллады, поговорки и другие произведения народного творчества. Все это — ценные источники. Но их ни в коем случае нельзя смешивать с достоверными историческими фактами (см. 9, 217). Историк должен излагать то, что не вызывает никакого сомнения, он должен точно цитировать источники и ни в коем случае не искажать текстов. Сам Кантемир в своей научной деятельности старался придерживаться этих правил.

Молдавский мыслитель проявил историческую прозорливость, предсказав неизбежную гибель Османской империи. Описывая польско-турецкую войну 1672 г., закончившуюся победой турок, он заключал: «Это была последняя победа, которая принесла какую-либо пользу Оттоманскому государству… силы османов очень упали из-за потери многих королевств и провинций, гибели целых армий, а также из-за внутренних войн и распрей» (8, 409).

Османская империя, по мнению Кантемира, приходит в упадок по двум причинам: внешняя причина — это ослабление военной мощи османов, внутренняя — охватившее империю моральное разложение.

Труды Кантемира содержат убедительное обоснование исторической миссии России, которая, по убеждению мыслителя, развившись и окрепнув в соответствии с законами природы и достигнув экономической и военной мощи, должна добиться решительной победы над Портой. Петра I, призванного самой историей приблизить желаемую победу, он именовал «мудрейшим и в войнах искуснейшим». В его «Хронике стародавности романо-молдо-влахов» России посвящена целая глава, в которой со ссылками на «Повесть временных лет» описана героическая история развития и возвышения страны. «Течение истории, — писал он, — подошло к временам, в которые знаменитая и могучая благочестивая империя Москвы от великого Новгорода и до Киева основы свои заложила… И хотя ее история и не относится к нашей хронике, но поскольку читатель пожелает узнать об этой стране, о начале принятия ею света правды, то мы находим уместным хоть вкратце о ней упомянуть» (9, 371).

Среди ученых и политических деятелей своего времени Кантемир первым выступил по существу против измышлений европоцентристов. Исходя из фактов исторического прошлого Молдавии, он не соглашался с теми историками, которые приписывали основание молдавских городов генуэзцам. Находившееся в Молдавии римское войско, полагал он, «не могло существовать без укрытия в городах, и невозможно говорить, что генуэзцы, которые желали утвердиться на Черном море… могли проникнуть во внутреннюю Молдавию и построить города в стране более удобной для земледелия, чем для торговли» (7, 29–30). Молдаване сами создали свою цивилизацию, считает Кантемир, в силу действия прежде всего «внутреннего фактора». Но это отнюдь не исключает возможности и необходимости заимствования молдаванами всего того хорошего, что имеется у других народов. Каждый народ вносит свою лепту в развитие мировой культуры, и это ни в коей мере не зависит от его численности. Для того чтобы народ заслужил почет и уважение, «нужны добродетели обычаев… науки и достоинства» (9, 86).

Большое внимание уделил ученый проблеме этногенеза молдавского народа и в своей аргументации счел нужным привлечь обширный исторический материал. Разделяя точку зрения хронистов о римском происхождении молдаван, он резко критиковал своего современника Енеа Сильвио Пикколомини (будущего римского папу Пия II) и его единомышленников, пропагандировавших мнение, согласно которому молдаване произошли от каторжно-ссыльных, воров и лиц, отправленных из Рима венгерскому королю для борьбы против татар. Возражая своим оппонентам, Кантемир заявляет: «Грабителями были не только ваши родители, но и вы. От них-то, быть может, и научились вы обкрадывать истину истории. А молдаване и влахи, как это показал я многими основательными доказательствами, всегда на местах своих проживали, как и сейчас проживают» (9, 393).