Читаем Для тебя полностью

— Моника Мерриуэзер.

— Блядь, — выдавил Колт. Он понял, к чему всё идет.

— Она узнала новости о Пите. Сложить их с убийством Энджи было нетрудно, а потом она повынюхивала и выяснила про Бутча. Не говоря уже о Мари и гуляющих по городу слухах. Она и сегодня приходила, задавала вопросы. Федералы злятся. Они старались, чтобы журналисты не связали эти случаи, и не хотят, чтобы это дело всплыло в СМИ. Их корёжит от мысли о том, что какая-то раздражающая женщина, которая считает себя Вудвордом и Бернстайном[15] и работает на еженедельную газетку в маленьком городке, обнародует эту историю.

— Ты с ней разговаривал?

Салли кивнул:

— Она хочет поговорить с тобой.

Колт откинулся на спинку своего стула, подняв лицо к потолку и схватившись обеими руками за голову.

Единственным, кого Салли не мог уболтать или заставить передумать, была Моника Мерриуэзер. Потому что если она просила и была настойчивой, то могла пообщаться с Колтом, а ей нравилось общаться с Колтом. Ей также нравилось вторгаться в его личное пространство и прикасаться к нему. Когда он впервые её встретил, то подумал, что это просто её привычка. Но позже, когда он увидел, как она ведёт себя с другими людьми, он заметил, что прикасалась она только к нему.

Колт уронил руки и посмотрел на Салли:

— Ты сказал ей, что я не работаю над этим делом?

— Ты был первым на месте преступления, я твой напарник и я работаю над этим делом; это наш город, но тем не менее у нас тут оперативная группа из ребят из каждого отделения в округе, не говоря уже о грёбаных фэбээровцах. Я не стал делиться с ней этим лакомым кусочком, потому что если бы я это сделал, то она поняла бы, что что-то происходит.

Господи, Колт ненавидел, когда Салли оказывался умнее него.

— Федералы хотели бы, чтобы ты с ней побеседовал, — сказал Салли.

У него не было выбора, и это его бесило.

— Я с ней побеседую.

— Много раскопал по ограблению? — спросил Салли.

— Всё. Мудак был без перчаток, там повсюду отпечатки, и он устроил беспорядок. Когда мы пробили его отпечатки по базе, на него вылезла куча всего. Наркоман из города, что он делал в пригороде, никто не знает, но, скорее всего, решил быстренько поживиться. Думаю, ему просто повезло со временем, хозяева как раз ночью возвращались из отпуска во Флориде. Дом большой, вещей много. Ему, вероятно, было плевать, дома они или нет, а если у него была ломка и они бы решили воспротивиться ему, кто знает, что он сделал бы.

— Вы его нашли?

— Позвонил в Центрального полицейского управления Индианаполиса, чтобы проверить, что у них есть на него, и Дрю с Шоном поехали в город, потому что мы с Феб ходили на похороны Эми. Дрю сообщает, что его нет дома, что неудивительно. Его подружка говорит, что он частенько пропадает.

— Ясное дело.

— Дрю и Шон заехали в парочку мест, где он бывал, но его там нет. Он срубил бабла и не хочет делиться, так что он смылся.

— Что-нибудь всплыло в ломбардах?

— Пока нет, по крайней мере в тех, которыми он пользовался.

— Значит, отдел нравов полицейского управления Инди его знает.

— Они говорят, что, когда задерживают его, он просит свою любимую камеру.

— Господи Иисусе, — пробормотал Салли. — Город наступает на нас, Колт.

— Самое забавное, — ответил Колт, — что город наступает, но самое страшное преступление, что случалось у нас, совершил местный житель против местного жителя.

— Да уж, — тихо сказал Салли, — забавное.

* * *

Через двадцать минут Колт вошёл в «Джек и Джеки».

Вечером пятницы народа было много. Заняты были все: Руфи и Джеки обслуживали столики, Дэрил убирал их, Морри, Джек и Феб стояли за барной стойкой.

Как только Колт вошёл, взгляд Феб метнулся к двери, и у него сложилось впечатление, что этим вечером она, ожидая его, смотрела на дверь каждый раз, когда та открывалась. Он сразу понял, что она его увидела, даже в приглушённом свете бара выражение её лица смягчилось, особенно взгляд, уголки губ приподнялись и она дёрнула подбородком.

Это было новым — то, что её лицо так смягчалось. Колту это понравилось, так что он улыбнулся, хотя он всё равно улыбнулся бы так или иначе.

Феб отвела глаза и улыбнулась в пол, прежде чем повернуться к кассовому аппарату.

Он направился к своему стулу, который, как всегда, пустовал, и увидел, что на соседнем стуле сидит Лор.

Колт сел на своё место, Лор повернул к нему голову и спросил:

— У нас всё хорошо?

— Ты извинился перед Феб? — спросил Колт вместо ответа.

— Да, и купил ей стопку.

— Она её выпила?

— Отдала Джо-Бобу, сказала: «Не обижайся, Лор, но я на работе». Так что я думаю, она в порядке.

Колт отыскал глазами Феб, она давала кому-то сдачу.

— Она учится искусству прощать, — тихо проговорил Колт.

— Мне повезло, — пробормотал в ответ Лор, пока Феб направлялась к ним.

— Привет, детка, не на работе? — спросила она, когда подошла.

— Да, милая, сегодня пиво.

— Ясно.

Она принесла ему пиво, открыла бутылку и не поставила на стойку перед ним, а дала прямо в руки. Он взял бутылку и сделал большой глоток.

— Руфи ждала, пока ты придёшь, чтобы сделать заказ в «Шанхайский салон», — сказала Феб, когда он поставил бутылку на стойку.