Читаем Для Гадо. Побег полностью

— Теперь поздно говорить, Гадо! О деньгах в сапогах не знал даже ты, он просто высчитал, где они могут быть. Чисто по-лагерному, вот и все. У нас ещё есть «ствол» и запасная обойма… Сейчас надо подумать, что делать дальше.

На некоторое время инициатива перешла ко мне. Гадо был слишком придавлен случившемся, в зоне подобное не «проканывало»; он был явно не готов к столь дикому и наглому «крысятничеству», которое нарушило все его планы в одно мгновение.

Безусловно, нам надо было уносить ноги как можно скорее, не дожидаясь прихода Тимура. О каком бы то ни было промедлении не могло быть и речи. Кто знает, что натворит сейчас этот козел с автоматом в руках и куда он подался?.. Если его свяжут, он без зазрения совести сдаст всех подряд, вплоть до домовой книги, лишь бы спасти собственную шкуру. Такие поступки не прощаются и через двадцать лет, он знал это не хуже нас. Отныне его место — среди «шерсти» и «махновцев», в одиночках и «гашеных» хатах, в какой бы тюрьме или зоне он ни находился. Бандит не вор, его всегда тянет на пакость и гнусность, как муху на дерьмо, и только обстоятельства и условия вынуждают его придерживаться по жизни неких рамок и условностей. Мы многого не учли, мы с ходу расслабились, полагая, что все позади.

— Что ты предлагаешь? — вяло спросил у меня Гадо в ответ на мои замечания о «стволе».

— Прежде всего, закрой как следует дверь, — напомнил я о двери, — а потом подумаем.

Гадо молча сделал то, что нужно, и вернулся на место.

— Послушай, у меня осталось ещё шестьдесят долларов на «верхах» плюс твои… В первую очередь нам необходимо купить по лёгкой куртке и кепке. Ещё холодно, не Крым. Но куда потом, я, честно говоря, не знаю. Сейчас самый разгар ажиотажа и хипиша, все на ногах, возможно, наши рожи показали уже по местному телевидению… Факт, что нам надо отсидеться хотя бы пять деньков, но где?

— В этом-то и проблема. Бес спутал все мои карты, мы даже не имеем права побыть здесь до темноты! Лес — за городом, до него ещё нужно добраться. Сейчас это невозможно. Ух!

Гадо буквально не находил себе места и исступленно ломал руки.

— Я думаю, сейчас одиннадцать или двенадцать часов дня, — сказал он. — Если это действительно так, мы выплывем на улицу в обеденное время, когда люд снуётся. Но куда, куда?! Мы совсем не знаем города и прилично одичали в зоне. Нас с ходу засекут и сдадут первому встречному мусору на остановке!

— Можно взять «на прихват» чью-то квартиру и передохнуть там до темноты, — предложил я.

— Можно, но только до темноты. Знать бы чью… Вдруг там окажется несколько человек? Соседи, шум, визг… Кроме того, вечером обязательно кто-то припрётся с работы. Могут невзначай зайти и знакомые. Ловушка. По сценарию бывает только в кино, а здесь… Одни импровизации и неожиданности, я их маму!..

«Импровизации» — это редкое для Гадо слово задержалось в моей памяти, и я тут же ухватился за ниточку, почти неосознанно.

— Импровизация, Гадо!.. Ты невзначай подсказал возможный выход! Знаешь, что нам нужно? Униформа или что-то такое, да. Только так, только в ней мы сможем передвигаться на расстоянии друг от друга, не вызывая особых подозрений.

Он немного подумал, затем сказал:

— Для женского платья мы уже стары и со щетиной, на вояк и ментов не тянем. Где мы возьмем эту униформу?

— Нужно подумать, подумать, Гадо!

Я не отступал от своей мысли, перебирая в голове разные варианты. Но как назло на ум не приходило ничего путного.

Гадо вздохнул:

— Сегодня ночью Тимур должен был принести всё, вплоть до карты местности. Козел, гнусный козел! Чего я не перерезал ему глотку! — Он резко пнул что-то ногой, и в будке раздался звук лязгнувшего о металл металла.

— Тихо. Успокойся. Нас могут услышать!

Этот звук не прошел мимо моих ушей. Я нагнулся под лавку и рассмотрел там разный хлам и железо… Пошарив по будке как следует и заглянув во все ящики, я быстро нашел искомое: большие гаечные ключи, кусок металлической трубы, моток проволоки…

— Здесь обязательно должны быть рабочие рукавицы и мазут, Гадо. Солидол или ещё чё. Давай хорошенько посмотрим.

Вместе с Гадо я ещё раз обшарил будку вдоль и поперёк и оказался прав — рукавицы нашлись.

— Теперь хватай что-нибудь в грабки и как следует вымажь свой костюмчик. Не жалей! Рукавиц только пара, наденем по одной. Будем «канать» за демидовских рабочих! Не так много, но кое-что.

Я махом посадил на себя несколько жирных мазутных пятен, потерся о ржавое, вымазал руки и туфли, затем проверил «ствол» за поясом.

— Бери уж и обойму, раз он у тебя, — заметив мое движение, хмуро произнёс Гадо и протянул мне полную обойму.

Легонько приоткрыв двери «техпомощи», мы увидели вблизи от себя целые ряды побитых машин, людей почти не было, лишь вдали мелькали чьи-то фигуры. Судя по солнцу, было около часу дня, мы не ошиблись.