Содержательно время тоже заполняется теперь иначе:

Бегство от настоящего

Время болезни вопрошает, требует ответа, а значит, и ответственности. Сейчас, в настоящем времени, ребенок сталкивается с вопросами, на которые нужно найти ответы. Это сложно. И настоящее, уже отягощенное болью и переживаниями, становится еще более сложным. Изменить его невозможно, справиться трудно, значит, надо попробовать… убежать из него. Например, уехать куда глаза глядят:

Но совершить побег в пространстве физическом тоже невозможно. И ребенок убегает гораздо более хитрым способом. Он убегает… во времени, в прошлое или в будущее. В первом случае он полностью погружается в воспоминания: «а вот до болезни…», «раньше я…», во втором – живет только будущим: «я буду…», «я поступлю…». Но чаще «побег» совершается все-таки в прошлое, ведь ребенку точно известно, что оно было и в нем было хорошо, а вот будущее – неизвестно, какое оно будет, да и будет ли…

Поскольку мы заговорили о побеге в прошлое, надо сказать несколько слов и о так называемой инфантильности болеющих детей. Этот термин часто встречается в исследованиях, оценивающих количественную и внешнюю сторону происходящих с ними изменений. Означает он, что в своем поведении ребенок словно стал младше, вернулся в детство. «Я ему говорю, что он уже взрослый и может потерпеть, а он начинает канючить и сюсюкать, как маленький», – раздраженно говорит мамочка шести-семилетнего ребенка в отделении онкологии.

Да, об инфантильности можно говорить, когда ребенок начинает вести себя не по возрасту, словно стал на несколько лет младше.

«Она начинает по-другому говорить, играть в игрушки, в которые играла тогда».

Но «инфантилизм» детей, о которых мы говорим, имеет другую природу. Так, подростки в больнице иногда рассказывают о сильном нежелании взрослеть, которое возникает у них в какой-то момент в детстве, но это никак не стыкуется с обычной инфантильностью потому, что наравне с такими желаниями в размышлениях этих детей часто сквозит совершенно не детская мудрость.

Главная же составляющая такого поведения детей – это реакция на сложность проблемы, на столкновение со смертью в облике тяжелого недуга. Это скорее детскость, качество, приобретенное в ходе лечения, которое, может быть, в чем-то сродни смирению. Слова Христа «будьте как дети»[18] – это ведь не призыв ко всеобщей инфантилизации.

Встреча со страданием дает мудрость, а «инфантильность» часто прикрывает эту мудрость, создавая защитный слой. Причем защищает он не только ребенка, но и окружающих. На уровне глубинных переживаний он оказывается гораздо более взрослым, чем его сверстники «с воли». Эту взрослость нелегко нести, и проявляется она лишь в особые моменты. Ирина Гавришева рассказывает о том, как в отделении, где она лежала, умер мальчик. Ее, как и многих других, охватил страх.