– Сиенна, я знаю, ты не хочешь, но мне правда нужно, чтобы ты со мной поговорила. Мне невыносимо смотреть, как ты угасаешь. Ты не проявила ни единой эмоции с тех пор, как я забрала тебя из больницы. Пожалуйста, Сиенна, порадуй меня хоть немного. Дай знать, что ты все еще здесь.

Я вот-вот расплачусь. Впервые с тех пор, как он ушел, я что-то испытываю.

– Я не знаю что делать, Мэдди. Как мне жить без него? Как он мог так поступить со мной?

Теперь я начинаю рыдать и не могу остановиться. Меня словно захлестывает волна эмоций, которые я столько сдерживала.

– Как я смогу заботиться о ребенке, если я даже не могу встать с постели? Как я, по-твоему, проживу остаток своей жизни без него? Смогу ли я когда-нибудь снова обрести счастье? Скажи мне. Помоги мне. Что мне делать?

Мое тело начинает дрожать. Мэдди обнимает меня крепче и кладет свою руку поверх моей, покоящейся на животе.

– Я всегда буду рядом, Сиенна. Обещаю. И никуда не денусь. Я буду помогать тебе на каждом шагу. Но мне нужно, чтобы и ты себе помогла. Я люблю тебя, но не могу сидеть и наблюдать за тем, как ты себя чуть ли не убиваешь.

Мое тело сотрясают рыдания, слезы находят долгожданный выход. Я едва могу дышать, когда моя грудь разрывается в поисках воздуха.

– Мне так жаль, Мэдди. Мне очень, очень жаль.

– Ничего, Си. Все будет хорошо, – шепчет она успокаивающе, гладит меня по волосам и позволяет выплакаться.

Я плачу, пока не останется сил. Мир погружается во тьму, и я падаю в глубокий сон.

Когда я наконец просыпаюсь, что-то подсказывает мне, что нужно принять душ. Пора сделать хоть что-то. И я слушаю нутро. Несмотря на то, что все тело болит, я иду мыться, и струи воды отвлекают меня от внутренней боли. Я снова разражаюсь рыданиями и плачу до тех пор, пока не кончатся слезы.

Я даже не забочусь о том, чтобы смотреть в зеркало. Я в курсе, что ничего хорошего там не увижу.

Приняв душ и натянув леггинсы и джемпер, я, наконец, решаюсь выбраться за пределы спальни. Медленными шагами я прокрадываюсь на кухню и включаю чайник.

– Мэдди, хочешь кофе? – кричу я и тут же жалею об этом, потому что ребра пронзает боль, вынуждающая меня согнуться пополам.

– Эй, не торопись. Ты присядь, а я сварю, – предлагает Мэдди, обнимая меня за талию, и, принимая мой вес на себя, помогает мне дойти до дивана.

Я вдыхаю аромат кофе, желая прочистить дыхательные пути, и пар от напитка наполняет ноздри.

– Как себя чувствуешь, Си? – осторожно спрашивает она, ожидая, что я не выдержу.

– Ну, я выбралась из комнаты, так что, думаю, это прогресс, – я вздыхаю, уставившись в чашку с кофе.

– Ты думала, что будешь делать? – уточняет она.

– Ты о чем?

– О ребенке. Ты его оставишь? Расскажешь Келлеру?

Желчь поднимается к горлу и попадает в рот.

– Конечно, я оставлю его. И нет, Келлеру не обязательно знать. Я не могу допустить, чтобы он бросил и нашего ребенка. Я не понаслышке знаю, как это портит жизнь.

– Ладно. Что ж, на следующей неделе тебе предстоит обследование. Надеюсь, скоро мы увидим малыша на экране!

Ее волнение вызывает у меня улыбку. Думаю, медленно, но верно, я смогу прийти в себя. Просто не уверена, оправится ли когда-нибудь мое сердце.

– Дэвид спрашивал, может ли он заскочить к тебе попозже. Ты не против?

Против, не хочу никого видеть.

– Пускай заходит, – выдавливаю я.

– Хорошо, тогда напишу ему. Наверное, будет приятно провести время с друзьями. Мы все хотим тебе помочь, Си.

Я могу лишь кивнуть в ответ.

Через несколько часов заявляется Дэвид, бросается к дивану и заключает меня в объятия.

– Я так рад тебя видеть. Я скучал по тебе, малышка, – говорит он, одаривая меня своей лучшей улыбкой.

– И я по тебе скучала, – вру я. Я не могу ни по кому скучать. Я ничего не чувствую.

Он плюхается на диван между мной и Мэдди и закидывает руку мне на плечо, чтобы притянуть к себе.

Прямо как когда-то делал Келлер.

Это уже слишком, комната начинает кружиться, и из легких будто выкачивают весь воздух.

Черт, я так больше не могу.

– Убирайся.

– Что? Что случилось, поговори со мной, детка.

Детка.

Я вырываюсь из его объятий, вскакиваю на ноги, сверлю его взглядом и вижу, как на его черты искажает обида. Одного слова хватило, чтобы довести меня до крайности. В голове звучит голос Келлера, и меня охватывает ярость.

– Я сказала, убирайся! – кричу я, падая на колени, и пытаюсь отдышаться.

– Ш-ш-ш, Сиенна. Я рядом, – шепчет Мэдди.

– Я так не могу, Мэдди. Не могу так жить.

Она провожает меня до комнаты, помогает лечь в постель, укрывает одеялом и выключает свет.

– Просто отдохни немного. Я скоро зайду проведать тебя.

Это последнее, что я слышу, прежде чем мой разум отключается. Думаю, единственное, что может меня исцелить, – это время.

<p>Глава 32</p><p>Сиенна</p>

Месяц спустя

Разумеется, свой первый день на новой работе я проведу в спортзале «Короли». Трагическая история моей жизни такова, что по-другому и быть не могло.