Минутка Филдинга растянулась на три минуты. Но в конце концов он вернулся, осторожно затворив за собой дверь. Его поведение стало каким-то другим.

— Это действительно был вышеупомянутый студент, — писклявым голосом заверил он Джэнсона. — Безнадежный случай. Пытается развязать противоречия Кондорсе. А я никак не могу заставить его понять, что у Кондорсе главное как раз противоречия.

У Джэнсона по спине пробежали мурашки. Что-то в декане изменилось — его голос стал каким-то ломким, и разве не появилась дрожь в руках, которой раньше никогда не было? Джэнсон почувствовал, что его старый учитель чем-то глубоко встревожен.

Подойдя к этажерке, декан взял стоявший там толстый том словаря. Это был не просто словарь — Джэнсон знал, что это первый том словаря Самюэля Джонсона, редкого издания 1759 года. На корешке красовались золотые буквы «А — G». Джэнсон помнил словарь еще по тому времени, когда приходил домой к будущему декану в Невилл-корт.

— Хочу на кое-что взглянуть, — сказал Филдинг.

Но Джэнсон уловил под напускной небрежностью волнение. Не горечь потери, а какое-то другое чувство. Тревогу. Подозрение.

С Филдингом что-то случилось: дрожь в руках, неуверенный голос. И что-то еще. Что?

Энгус Филдинг стал избегать встречи глазами — вот в чем дело. Некоторым людям это свойственно всегда; но Филдинг не принадлежал к их числу. Разговаривая с собеседником, он то и дело смотрел ему в глаза, словно проверяя, доходят ли его слова до цели. Джэнсон поймал себя на том, что его рука как бы помимо воли потянулась назад.

Он зачарованно смотрел на то, как Филдинг, повернувшись к нему спиной, раскрыл толстый том и — этого не может быть!

Декан Тринити-Колледжа резко развернулся лицом к Джэнсону, сжимая в трясущейся руке маленький пистолет. У него за спиной Джэнсон разглядел книгу с вырезанной в страницах из тонкой пергаментной бумаги полостью, где было спрятано оружие. Оружие, которое теперь старый ученый нацелил на него.

— Зачем ты сюда пришел? — спросил Филдинг. Наконец он встретился взглядом с Джэнсоном, и тот уви дел в его глазах нечто такое, от чего у него перехватило дыхание: смертельную ненависть.

— Новак был хорошим человеком, — дрожащим голосом произнес Филдинг. Он говорил как-то отрешенно. — Вероятно, великим человеком. Я только что узнал, что это ты его убил.

Глава тринадцатая

Пожилой ученый, на мгновение опустив взгляд, помимо своей воли вздрогнул. Ибо Джэнсон тоже сжимал в руке пистолет — выхваченный из кобуры на поясе в одном плавном движении, подчиненном подсознанию, зарегистрировавшему то, что отказывался признать его рассудок.

Не говоря ни слова, Джэнсон поднял большим пальцем флажок, снимая с предохранителя свое курносое оружие. Несколько долгих мгновений двое стояли, молча глядя друг другу в глаза.

Кем бы ни был посетитель Филдинга, это был не студент, изучающий экономику.

— Том первый, «А -G», — сказал Джэнсон. — Вполне разумно. А — ammo (боеприпасы), G — gun (оружие). Почему бы тебе не убрать этот допотопный пугач? Тебе он никак не подходит.

Ученый-экономист презрительно фыркнул.

— Значит, ты и меня сможешь убить?

— Ради всего святого, Энгус! — взорвался Джэнсон. — Раскинь своими блестящими мозгами. Разве ты не понимаешь, что говоришь чушь?

— Вздор. Я только вижу, что ты был послан сюда для того, чтобы убрать меня — устранить человека, знавшего тебя слишком хорошо. «Машина, предназначенная для того, чтобы убивать» — я слышал, как твое начальство любовно называло тебя этим прозвищем. О да, я поддерживал связь со своими американскими коллегами. Но я до сих пор не мог поверить в то, что они мне сказали о тебе. Твое вероломство достойно восхищения. Знаешь, ты превосходно разыграл горе. Полностью одурачил меня. И я не стесняюсь в этом признаться.

— Я только хотел узнать...

— Местонахождение ближайших сподвижников Петера — чтобы расправиться и с ними! — с жаром воскликнул старый профессор. — Людей из «ближнего круга», как ты выразился. И выманив у меня эту информацию, ты бы проследил за тем, чтобы выкорчевать с корнем след Петера на нашей планете. — Он усмехнулся холодной, страшной усмешкой, обнажая неровные, потемневшие зубы. — Полагаю, мне следует похвалить тебя за изворотливость. Ты спрашивал у меня, кого я имел в виду под «ними». Разумеется, «они» — это те, на кого ты работаешь!

— Ты только что с кем-то разговаривал — скажи, с кем именно?

Лицо Джэнсона залила краска ярости и изумления. Его взгляд метнулся к оружию, зажатому в руке пожилого декана, пистолету «уэббли» 22-го калибра, самому миниатюрному и удобному из тех, что состояли На вооружении английских разведслужб в начале шестидесятых.

— С кем,черт побери?

— Как ты горишь желанием узнать это! Полагаю, для того, чтобы добавить еще одно имя в кровавый список твоих жертв.

— Энгус, ты только послушай,что говоришь! Это же безумие!Зачем мне...