— Переходим к следующей теме, — подавленно произнес Коллинз. — Пуму до сих пор не видели. Никто и нигде. Были четыре донесения о появлении похожих людей, быстро признанные ложными. Все дело в том, что мы даже не можем сказать с уверенностью, что нашему другу придется пересекать границу — он может уже находиться в Штатах. В любом случае, для него прибыть в страну инкогнито будет детской игрой. Америка огромная страна с большим населением, у нас больше пятисотмеждународных аэропортов. Наши границы по сути своей дырявые. Впрочем, вам это и без меня прекрасно известно.

— Дерек, сейчас не время обсуждать невозможное, — сказал оперативник.

— Спасибо за напутственное слово, господин тренер. Неужели вы полагаете, что мы и без ваших наставлений не работаем не покладая рук? Никто из нас не знает, кто станет следующей жертвой ублюдка. А если вас действительно интересует невозможное, вероятно, вам покажется достойной внимания последняя идея, родившаяся в «Туманном дне».

Пять минут спустя Джэнсон положил трубку, встревоженный еще больше прежнего.

И почти сразу же серебристо-серый телефон, стоявший на покрытым зеленым сукном столе, зазвонил снова, и в негромкой трели звонка прозвучал какой-то особенный смысл. Это была выделенная линия, предназначенная для связи с Белым домом.

Джэнсон снял трубку. Звонил президент.

— Послушайте, Пол, мы снова и снова обсуждали с Дугласом обращение, с которым Демарест собирается выступить на Генеральной Ассамблее, — и пришли к выводу, что здесь кроется неявный ультиматум.

— Не понял, сэр?

— Как вам известно, Демарест потребовал передать ему полные коды системы «Эшелон». Я дал ему от ворот поворот.

— То есть?

— Послал его ко всем чертям. Но сейчас, похоже, он сделал весьма недвусмысленное предупреждение. Если Демарест не получит то, что хочет, он выступит на Генеральной Ассамблее и взорвет свою бомбу. Расскажет все по порядку перед объективами телекамер, когда его будет слушать весь мир. Конечно, это лишь предположение. Мы можем ошибаться. Но чем дольше мы думали, тем больше утверждались во мнении, что это реальная угроза.

— Следовательно?

— Молю Бога, чтобы перед тем, как чертов ублюдок успеет встать с места и подняться на трибуну, его поразил гром небесный.

— Что ж, это уже хоть какой-то план.

— Ну а если серьезно, я решил встретиться с Демарестом до его выступления. И признать свое поражение. Передать ему первый пакет документов.

— Вы уже объявили официально о своем намерении присутствовать на Генеральной Ассамблее?

— Мы до сих пор не сказали ничего определенного. Естественно, государственный секретарь приедет в ООН вместе с нашим постоянным представителем, посланником и прочими оловянными солдатиками, которых присылают в таких случаях. Но если этот... бартер все же состоится, осуществлять его буду я сам. Только я обладаю достаточными полномочиями.

— Этим вы подставите себя под удар.

— Пол, я уже подставил себя под удар. Впрочем, как и вы.

Глава тридцать девятая

НЬЮ-ЙОРК ТАЙМС

ПРЕДСТОЯЩЕЕ ЗАСЕДАНИЕ ГЕНЕРАЛЬНОЙ АССАМБЛЕИ ООН

Сотни глав государств со всего земного шара собираются для участия в «диалоге цивилизаций».

От нашего специального корреспондента Барбары Корлетт

НЬЮ-ЙОРК.

У большинства жителей Нью-Йорка приезд в город сотен глав государств и высокопоставленных министров вызывает большую тревогу: не ухудшат ли бесконечные правительственные кортежи и без того сложную дорожную обстановку. Однако государственный департамент США волнуют более возвышенные проблемы. Есть надежда, что 58-я Генеральная Ассамблея приведет к значительным преобразованиям в структуре ООН, призванным повысить уровень международного сотрудничества. Генеральный секретарь ООН Матье Зинсу предсказывает, что это будет «переломный момент» в истории переживающей сложные времена организации.