Читаем Директива Джэнсона полностью

В голосе недовольного телефониста прозвучали раздражение и уязвленное самолюбие; этот человек работал в огромной структуре и привык к тому, что его лично винили во всех ее недостатках, — привык, но не смирился с этим.

Если придется искать виноватого...Старший привратник поморщился. Значит, ситуация такова, что придется искать виноватого? Подобных ситуаций надо избегать всеми силами. Убрав ладонь с трубки, он уверенно произнес:

— Знаете что? По-моему, пусть эти ребята делают свое дело.

Он кивнул в сторону лифта.

— По коридору налево. Восьмой этаж. Домработница вас впустит.

— Вы уверены? Рабочий день у меня сегодня выдался очень длинный, и я не буду иметь ничего против того, чтобы окончить его пораньше.

— Поднимитесь на восьмой этаж, и она вас впустит, — повторил привратник, и в его невозмутимости просквозил тонкий налет мольбы.

Джэнсон и Джесси Кинкейд прошли по полированному паркету к лифту. Хотя старинные раздвижные двери остались нетронутыми с незапамятных времен, лифт уже был автоматическим. Кабина не была оборудована камерой наблюдения: товарищество жильцов посчитало, что двух привратников и охранника в вестибюле хватит с лихвой, и отвергло дополнительные средства безопасности как ненужное вторжение в личную жизнь, новомодные технические навороты, подобающие разве что домам мистера Трампа. Пусть влюбленная парочка будет иметь возможность пристойно поцеловаться в лифте, не беспокоясь о глазеющих охранниках.

Джэнсон нажал на кнопку седьмого этажа, гадая, зажжется ли она? Кнопка не зажглась. Рядом с ней была замочная скважина, и Джэнсону пришлось целых двадцать секунд ковыряться в ней двумя тонкими проволочками, прежде чем замок провернулся и кнопка седьмого этажа заработана. Затем они с Джесси нетерпеливо ждали, пока маленькая кабинка неторопливо ползла наверх. Наконец лифт, вздрогнув, остановился. Учитывая то, какие состоятельные люди обитали в этом доме, нежелание менять лифт свидетельствовало о каком-то болезненном пристрастии.

Наконец двери раскрылись, прямо в вестибюле квартиры.

Где находится Марта Ланг? Услышала ли она звук открывающихся и закрывающихся дверей лифта? Джэнсон и Кинкейд бесшумно прошли в коридор и прислушались.

Позвякивание фарфора, но где-то далеко.

Слева, в конце темного коридора, находилась извивающаяся дугой лестница, ведущая на нижний этаж. Справа еще одна дверь; судя по всему, за ней была спальня или спальни. Похоже, основным этажом является нижний. Именно там должна находиться Ланг. Джэнсон осмотрелся вокруг, ища объективы камер и другое оборудование скрытого наблюдения. Кажется, ничего.

— Отлично, — сказал он. — Дальше будем действовать по учебнику.

— По какому?

— По тому, который написал я.

— Понятно.

Снова слабый звон фарфора: чашка, звякнувшая о блюдце. Перегнувшись через перила, Джэнсон осторожно посмотрел вниз. На лестнице никого не было; он с радостью отметил, что ступени из стертого мрамора: можно не опасаться, что скрипящая половица поднимет случайную тревогу.

Джэнсон подал знак Джесси: прикрывай меня сзади. Затем он быстро спустился по лестнице, прижимаясь спиной к стене. В руке он держал маленький пистолет.

Прямо перед ним — огромная комната с плотно зашторенными окнами. Слева — еще одна комната, что-то вроде сдвоенной гостиной. Обшитые деревом стены выкрашены белой краской; через строго выдержанные промежутки висят ничем не примечательные картины и гравюры. В целом обстановка напоминала квартиру, которую снимает в Нью-Йорке японский бизнесмен: все элегантно и дорого, но начисто лишено индивидуальности.

Джэнсон мгновенно переводил окружающее в сочетание дверей и стен: первые открывали дорогу вперед, при этом являясь источником потенциальной опасности; вторые предоставляли укрытие и защиту.

От стены к стене, от поверхности к поверхности, Джэнсон медленно продвигался через сдвоенную гостиную. Полированный паркетный пол был застелен обюссонскими коврами неярких тонов. Однако, когда Джэнсон дошел до двери во вторую гостиную, толстый ковер не помешал тихо скрипнуть одной из планок паркета. И тотчас же натянутые до предела нервы Джэнсона едва не лопнули, словно от электрического разряда. Ибо перед ним стояла домработница в светло-синем форменном халате.

Она повернулась к нему, сжимая в вытянутой руке старомодную щетку из перьев, и ее лицо исказилось в жуткой усмешке.

— Пол, берегись!

Это был голос Джесси. Джэнсон не слышал, как Джесси спустилась, но сейчас она стояла в нескольких футах у него за спиной.

Вдруг из груди домработницы брызнул алый фонтанчик, и женщина повалилась на пол. Густой ковер заглушил звук падения.

Стремительно обернувшись, Джэнсон увидел в руке Джесси пистолет с глушителем. Из перфорированного цилиндра вилась тонкая струйка дыма.

— О господи, — в ужасе выдохнул Джэнсон. — Ты понимаешь, что ты наделала?

— А ты понимаешь?

Подойдя к распростертому телу, Джесси пнула ногой щетку, зажатую в откинутой руке домработницы.