Читаем Дикий волк полностью

Рольф начал задавать вопросы, но Беннинг сказал: «Подожди». Он смотрел вверх. С колоссального указательного пальца Молота сорвалась длинная молния угрюмого темно-красного цвета. Гигантская молния метнулась к ярко сиявшему в небесах солнцу и исчезла.

И больше ничего.

Беннинг почувствовал, что ноги его становятся ватными. Он понял ужас свершения великого святотатства. Он сделал это, чего никогда не делал ни один человек, — и ужаснулся.

К нему повернулся Рольф, его лицо выражало дикое нетерпение. Тэрэния и Джоммо выглядели расстроенными и недоумевающими.

— Что, он не работает? — спросил Рольф, лицо которого выражало дикое нетерпение. — Молот, он…

Беннинг заставил себя говорить. Он не смотрел на Рольфа, он смотрел на растущее пятно, появившееся на желтом диске и как-то особенно подчеркивающее яркость солнечного пламени. В нем рос ужас от своего поступка.

— Он работает, Рольф. О, боже, он работает…

— Но как!? Что…

— Молот, — хрипло сказал Беннинг, — этот Молот разбивает звезды…

Они не могли разумом воспринять открывшееся им — так дико и страшно оно было. Да и как могли бы они сделать это, если собственный разум Беннинга отшатывался от него все эти жуткие часы.

Он должен заставить их поверить. Жизнь или смерть теперь зависят от этого.

— Звезды, — с трудом начал он, — практически любая из них потенциально нестабильна. Ее ядре служит топкой, где в ядерных реакциях горит главным образом водород. Ядро окружает массивная оболочка гораздо более холодной материи с высоким содержанием водорода. Рвущаяся наружу энергия центральной топки удерживает холодную оболочку от коллапсирования.

Они слушали, но их лица ничего не выражали, они не понимали, а он должен заставить их понять — или погибнуть.

Беннинг закричал:

— Молот выбрасывает открывающий луч — почти ничто в сравнении с массой звезды, но его укола достаточно, чтобы открыть путь энергии ядра на поверхность. А без давления, создаваемого этой энергией и удерживающей оболочку…

Выражение понимания, смешанного с благоговейным страхом, появилось на лице Джоммо.

— Оболочка обрушится внутрь, — прошептал он.

— Да. Да, и ты знаешь, что будет потом.

Губы Джоммо двигались с видимым усилием. Холодная оболочка, обрушивающаяся в сверхгорящее ядро — причина появления Новой…

— Новой!? — Рольф, наконец, понял и по его глазам было видно, как это ошеломило его. — Так Молот может одолеть любую звезду Новой!?

— Да!

Несколько секунд ужасающая дерзость этой мысли не позволяла Рольфу думать о чем-либо еще,

— Господи, Молот Валькаров… Он может уничтожить звезду и все ее планеты…

Джоммо уже пришел в себя от первой реакции и вернулся к реальности. Он смотрел на Беннинга.

— Ты использовал его для этой звезды? И эта звезда станет Новой?

— Да. Коллапс, должно быть, уже начался. У нас в запасе несколько часов, не больше. К тому времени нам надо быть как можно дальше от этой системы.

Теперь Рольф понял все. Он смотрел на Беннинга так, словно увидел его впервые.

— Кайл… Молот… Мы не можем взять его, он слишком огромен… значит, он погибнет, когда погибнет планета?

— Да, Рольф.

— Ты… уничтожил Молот?

— Да, когда этот мир погибнет — через несколько часов, — вместе с ним погибнет и Молот.

Беннинг ждал от Рольфа крика, отчаянных упреков, удара, даже смерти. Ведь то, что он уничтожил, было жизнью Рольфа, жизнью, проведенной в услужении Валькарам, жизнью, стержнем которой была надежда достигнуть Молота, который поможет вложить власть в руки древней династии. И все вышло прахом — все горькие годы адского труда, поисков и борьбы.

Широкие плечи Рольфа понуро опустились. На его массивном, как-то враз постаревшем лице мгновенно появилось выражение печали. Голос звучал безжизненно и тускло, когда он произнес:

— Ты должен был сделать так, Кайл.

Сердце Беннинга подпрыгнуло.

— Рольф, ты понял?

Рольф кивнул медленно и тяжело.

— Древние Валькары зашли слишком далеко. Боже, неудивительно, что Галактика восстала против Старой Империи! Убивать звезды — слишком ужасно, слишком НЕПРАВИЛЬНО… — После секундного молчания он с трудом добавил: — Но это нелегко — отказаться от мечты…

Тэрэния смотрела на него широко открытыми, изумленными глазами и краска волнения вспыхнула на ее подвижном лице. Она шагнула вперед и схватила руку Беннинга.

— Кайл Валькар, — нерешительно сказал Джоммо, — не отказался бы от такой мечты. Но ты сейчас также и другой человек — землянин. Вот единственное, на что я надеялся, восстанавливая твою память.

За это время, такое краткое, но показавшееся таким долгим, вокруг потемнело.

Беннинг посмотрел вверх.

Вид желтого солнца становился угрожающим. Оно потускнело, как будто на него набросили вуаль, — так облачко служит предвестником бури. Лица людей посерели в меркнувшем свете. Сомхсей и Киш, уродливые и спокойные, молча ждали. Очертания зловещей громады безжалостного Молота теряли свою четкость.

— У нас мало времени, — заставил себя говорить Беннинг. — Его может оказаться меньше, чем я рассчитывал. Нам лучше улететь поскорее.