Читаем Дикий волк полностью

— Но… после того, что произошло в домике, я в самом деле предполагал, что…

Аннис вытянулась во все свои пять футов. В Педриване она купила кое-что из одежды, и теперь была одета в тунику, во многоцветьи которой преобладали красные, голубые и желтые. Туника свободно ниспадала по ее стройному тела. Поверх туники был капюшон, отороченный золотом, на шее — золотое ожерелье, а на руках — браслеты. Каждым своим дюймом она выглядела королевой дикарей.

— Об этом и не думай, Дженюэр. В домике была лишь религиозная церемония, в ней не было никаких частных интересов. Понятно?

— Для меня это было чересчур частным. И, должен признаться, я предполагал, что мы будем заниматься тем же все две недели плавания.

— Этого больше не будет! — отрезала она повелительно.

Значит, теперь будет так. Я протиснулся сквозь маленькую дверцу и, сняв меч с плеча, попытался расположить его в каюте, но кончик меча все равно высовывался из дверей.

— Как же мы закроем дверь? — спросила Аннис.

— Не знаю. Но нельзя оставлять его на соленом воздухе. Он может заржаветь, а воин со ржавым мечом смешон.

— Может, его положить поперек?

— Ты хочешь, чтобы меч был между нами, как в древних историях, когда герои таким образом отделялись от дам, чтобы не впасть в грех и не соблазниться?

— Ты считаешь себя в этой истории героем? По-моему, скорее ты комедийный персонаж.

Может быть, я и заслуживал подобной отповеди болтовней о своем будущем, как о будущем великого воина, но соглашаться с этим не желал.

— Ты не считала меня смешным, когда мы были между мирами и на нас напал сумасшедший Охранник.

Она смутилась и вздрогнула.

— Я тогда чувствовала, что все мое существо высасывают из меня, я была в ужасе. Если бы не ты и не твой меч, не знаю, чем бы все это закончилось.

— Может, твоя магия не действовала потому, что ты не верила в то, что она подействует? Наверное, и мои заклинания на Земле не действовали потому, что я в них по-настоящему не верил.

— Значит, ты думаешь, что волшебное могущество-это просто результат умственных усилий или нечто подобное?

— Конечно. Я всегда говорил, что колдовство — прекрасный пример отрицательного мышления.

— Ошибаешься. Магические силы от бога. Они проявляются только у тех, кто посвящен богам.

— Ну, что ж, посмотрим, — сказал я, укладывая меч поперек каюты. — Может, я буду таким же хорошим воином, как и колдуном.

— Пока что ты воюешь только своим языком, — зевнула она. — Это создает плохое впечатление о земных мужчинах, Дженюэр.

Я снял кольчугу и шлем и повесил их на крюк. Она тоже разделась и сложила одежду в ящик под койкой. В Педриване я тоже кое-что купил, когда, к своему удивлению, обнаружил, что могу расплачиваться чеками. Я купил себе прекрасно сшитую тунику с меховым капюшоном и добавил к своему вооружению двадцатичетырехдюймовый кинжал. Кроме того, я приобрел стеганую фуфайку под кольчугу.

«Андрасту» начало качать на волнах, как обычную шаланду, каковой она, впрочем, и являлась. Аннис позеленела.

— Что случилось? — спросил я. — Ты что-нибудь съела за завтраком? У меня есть подозрение на копченую селедку. Аннис сглотнула слюну и села на постель.

— Ты же сам, черт тебя побери, знаешь что со мной!

— Морская болезнь! Очень странно для дочери короля моря.

— Я прожила на Земле пятнадцать лет, сказала она, ложась на койку и стараясь не смотреть на фонарь, раскачивающийся под потолком. — Я не плавала на таких судах с тех пор, как была девочкой.

— Я знал великолепное заклинание против морской болезни, но отдал его одной русалочке в Санта-Монике, а та не вернула его мне.

— Будь ты проклят, Дюффус! Чтоб твоя душа попала в Уфферн!

— Не знаю, что такое Уфферн и где он, дорогая, но знаю, что проклятиями не расплачиваются за сочувствие, так как они могут рикошетом вернуться обратно. Знаешь, что я сейчас сделаю? Выйду на палубу и буду дышать свежим воздухом. Может, это как раз та магия, которая может помочь тебе? Она снова сглотнула, чтобы опустить на место желудок. Я быстро подал ей сосуд, который стоял на столике посреди каюты. Это было именно то, в чем в настоящий момент она настоятельно нуждалась. Про себя я хихикнул и вышел на палубу. Оказывается, морской болезни подвержены и королевы ведьм.

Меня поразило поведение мачты. Она описывала головокружительные окружности в бледно-голубом небе. Матрос, сидя на вороньем гнезде на вершине мачты, чувствовал себя, как на американских горках. Я огляделся и увидел, что вся команда бегает взад-вперед, с криками выполняя какие-то действия. Капитан и помощник были на корме, налегая изо всех сил на рулевое весло. Вероятно, что-то произошло. Корабль не только качало и швыряло на волнах, он еще почему-то описывал круги.

Крепко держась за поручни, я пробрался к корме, обдаваемый солеными брызгами зеленой воды.

— Что это? Что случилось?