Читаем Дикий лес полностью

Пушечные ядра врезались в строй разбойников, раскидывая тела в разные стороны. Снаряды подняли в воздух огромные фонтаны земли и раскололи гигантские стволы, будто зубочистки. Древние, уходящие в небо деревья, которые, казалось, родились, когда мир был еще совсем молод, повалились на землю, задевая соседние деревья и разбрасывая сломанные ветви. Немало невезучих бойцов полегло в овраге в пылу битвы, раздавленные падающими титанами.

У Кертиса в ушах по-прежнему звенело от грохота пушек. Разбойники на склоне устроили перегруппировку. Последняя атака их временно разоружила, но силы постоянно пополнялись новоприбывшими из лесной чащи. Лучники приготовились еще к одному смертоносному залпу. В попытке закрепить успех артиллерии командующий быстро распорядился о новом выстреле. Кертис, не отрываясь, наблюдал за движениями койотов, зачарованный ловкостью артиллеристов.

Стоило командующему пролаять приказ стрелять, как над оврагом промелькнула стрела и врезалась точно в шею койоту, который должен был поджечь фитиль. Пораженный насмерть солдат рухнул на спину, и тлеющий огнепроводный шнур выпал у него из рук и оказался в сухих зарослях у подножия дерева, на котором скрывался Кертис. На остальных артиллеристов тут же напали разбойники, уже успевшие взобраться по склону. Койотам пришлось покинуть позиции и вступить в битву.

Сухие лозы быстро загорелись, и огненные языки принялись лизать ствол дерева. Кертис с содроганием смотрел на поднимающееся пламя.

— Блин, — пробормотал он. — Блин, блин, блин горелый.

Торопливо соскользнув с обжитого места на ветке, мальчик начал спускаться с дерева; грубая кора царапала локти и колени через ткань военной формы. Он спрыгнул на землю, схватил шнур и принялся затаптывать огонь, охвативший корни дерева.

— Блин, блин, блин, — без умолку твердил Кертис.

Сухие листья легко крошились под подошвами, и вскоре пламя погасло. В руке мерцал кончик шнура. Мгновение мальчик стоял неподвижно, парализованный суетой вокруг, а потом посмотрел на брошенную пушку, по-прежнему нацеленную на разбойничье войско.

— Почему бы и не… — решил внутренний голос.

Подбежав к пушке, Кертис поднес горящий шнур к фитилю. Пламя занялось мгновенно, пушка выстрелила, и мальчика отбросило назад отдачей орудия. Воздух наполнился водопадом дыма и искр, мир вокруг погрузился в молчание — остался лишь тоненький, тихий, отдаленный звон.

— Ух ты, — почувствовал он собственный шепот, но не услышал его.

* * *

Прю никогда еще так не ждала захода солнца, как сегодня. Она сидела у окна в своей комнате и глядела, как огромный шар опускается за далекие вершины Каскадных гор, пока лес окончательно не потемнел. На исходе дня бурная деятельность усадьбы, кажется, сошла на нет, и у парадных дверей перестали сновать приходящие и уходящие. Звуки шагов в коридоре затихли, и дом, казалось, погрузился в тихую ночную дремоту. Прю решила, что пора действовать.

Тихонько прокравшись в ванную, она открыла кран в раковине до упора, так, что мощная струя воды брызгала на белый кафельный пол. Потом Прю вернулась в комнату, взялась за ручку двери и с глубоким вдохом повернула ее. “У меня нет никаких шансов”, — подумала она.

Дверь скрипнула, открывая взору длинный коридор. Висячие светильники лили свет на богато украшенную персидскую ковровую дорожку, которая тянулась от ее комнаты. Как и ожидалось, мастиф по-прежнему сидел на посту в дальнем конце коридора. Услышав, как открылась дверь, он на мгновение поднял взгляд. От зажженной сигареты у него в лапе струились ниточки дыма.

— Извините! — позвала Прю. — Простите, сэр?

Пес, удивленный тем, что к нему обращаются, оглянулся вокруг. Убедившись, что она говорит с ним, мастиф неловко заворчал и выпрямился, перестав опираться на стену.

— Да, мисс?

— Я подумала… мне тут просто нужна помощь, — сказала Прю, старательно изображая классическую “девицу в беде”. — У меня что-то не получается закрыть кран в раковине. Кажется, он сломался. Я боюсь, что всю ванную зальет.

Пес помедлил, видимо, раздумывая, насколько уместно будет прийти на помощь, и неловко поерзал в униформе, плотно сидевшей на крупном, мохнатом теле.

— Пожалуйста! — попросила Прю.

Раздраженно фыркнув, мастиф отошел от стены и раздавил окурок о деревянный пол. Приблизившись к Прю, он предупредил тихим, хриплым голосом:

— Я все-таки не сантехник, имейте в виду. Но посмотрю, что можно сделать.

Прю удалось получше разглядеть эмблему у него на плече: под словом “МЕЧ” располагалось мрачное изображение лезвия, окруженного чем-то вроде колючей проволоки.

Прю пропустила пса в комнату и последовала за ним в сторону ванной. Он распахнул дверь и двинулся к раковине. Прю осталась снаружи. Протянув лапу, пес одним движением завернул кран и остановил воду. Не дав ему времени выразить удивление или подозрение, Прю поспешно захлопнула дверь в ванную за его спиной.

— Эй! — раздался изнутри приглушенный голос пса.

Из замочной скважины торчала узорная головка старомодного ключа. Быстрым движением запястья Прю заперла дверь — замок тяжело щелкнул.