Читаем Дикий Имбирь полностью

Хоть я и была постоянно чем-то занята, не проходило и дня, чтобы я не думала о подруге. Тем более я не могла не вспомнить о ней в канун Нового года, когда вся семья собралась за столом и небо озарилось огнями фейерверков. У нас были каникулы, и мы не виделись уже несколько недель. Мне было интересно, как у нее дела с работой. Последний раз, когда я видела подругу, я пригласила ее к нам встречать Новый год. Дикий Имбирь хоть и приняла приглашение, но весьма неохотно. Я спросила, почему она так противится, и в ответ услышала признание: не хочу, чтобы мне напоминали о том, что я осталась совсем одна.

— Ну, тогда поступай так, как считаешь нужным, — ответила я. — Двери моего дома для тебя всегда открыты.

Дикий Имбирь так и не пришла, а мне очень ее не хватало. Я спросила у мамы, не купить ли мне завтра для отца его любимых моллюсков.

— Мне их разделают на рынке.

— Очистка моллюсков от раковин — долгое дело, на один фунт уйдет около часа. Но если ты не против подождать…

— Конечно нет, — весело сказала я и в тот вечер легла спать пораньше.

Я проснулась в три утра. Ночь была морозной, завывание ветра напоминало женский плач. Встав с постели, я начала одеваться, подняла с пола свои носки, они были как замороженная рыба, мне пришлось стряхнуть с них лед. Пальцы сразу окоченели от холода, и, поскорее надев ботинки, я вышла из дома с корзинкой в руках. Улицы были окутаны тьмой. Я быстро шла по направлению к рынку. Ветер пронизывал меня насквозь, впивался множеством крошечных ножей. Но вот впереди показался рынок, ярко освещенный электрическими фонарями. Сперва я направилась к рыбным палаткам, у которых уже толпился народ. Человек с куском мела в руках ставил номера на рукавах ожидавших в очереди покупателей, чтобы пришедшие позже не смогли протиснуться вперед. Получив свой номер, я поставила корзинку на землю и, как и все остальные, принялась переступать с ноги на ногу и шевелить пальцами, чтобы согреться.

Продавец в рыбной лавке достал большой деревянный молоток и начал разбивать замороженные брикеты рыбы. По повеявшему запаху было ясно, что продукты не свежие. Рыба большей частью уже протухла. В кальмарах мяса было с гулькин нос. Из всего товара нормальными были только моллюски.

Ветер усилился и чуть не унес мою корзину, я положила в нее пару тяжелых камней. Стоящей за мной женщине я сказала, что отойду в туалет, и, попросив ее в случае чего сказать, что я занимала очередь, отправилась разыскивать свою подругу.

Я заметила ее среди других раздельщиков морепродуктов, там, где они работали, было особенно ветрено. Закутанная в шарфы и старые лохмотья, Дикий Имбирь сидела на маленькой табуретке со сборником изречений Мао в руках. На ней были перчатки с отрезанными пальцами. Привязанные к коленям куски пластика защищали ее ноги от ветра. Перед ней была разделочная доска, на которой лежали ржавые ножницы и нож с изогнутым лезвием, рядом стояли три металлических ведра. Видимо, одно — для рыбьей чешуи, второе — для костей от кальмаров, а третье — для голов, хвостов и внутренностей. Еще стоял таз, накрытый полотенцем, где, как я предположила, была теплая вода.

Раздался звонок, и я поспешила занять свое место в очереди. Толпа начала протискиваться вперед, и вокруг рыбной лавки образовалась эдакая стена из людей. Очередь продвигалась еле-еле. Все смотрели на уменьшающуюся кучку рыбы и молились, чтобы, когда подойдет их очередь, в ней хоть что-нибудь осталось.

— Похоже, ты будешь последней, кому еще что-то достанется, — сказала стоящая за мной женщина. — Не будешь возражать, если я возьму немного за то, что следила за твоим местом? У меня невестка недавно родила.

Я кивнула. Когда подошла моя очередь, кальмары уже закончились, также как и угри. Осталась только одна рыбина, которую я отдала стоящей за мной женщине, а себе взяла остатки моллюсков, которых набралось на полтора фунта. Вокруг меня послышались разочарованные вздохи. Продавец начал прибираться в лавке.

Дикий Имбирь занималась разделкой рыбы. Мастерски работая ножом, она счистила серебристую чешую и отправила ее в одно из ведер, потом взяла ножницы и стала вынимать внутренности. Время от времени она макала пальцы в теплую воду, которая к тому моменту наверняка стала ледяной. Я заметила кровоточащие порезы у нее на пальцах.

— Мои моллюски уже готовы? — спросила одна из покупательниц.

— Почти, — извиняющимся тоном, не поднимая головы, ответила Дикий Имбирь. — Я уже очистила половину, сейчас вот закончу с этим заказом и доделаю остальное.

— Но эту рыбу тебе принесли позже, — возмутилась покупательница. — Ты вроде говорила, кто раньше пришел, тот раньше и обслуживается. Ты обманщица, и я не намерена больше пользоваться твоими услугами.

— Мне очень жаль, мадам, — извинилась Дикий Имбирь, кладя рыбу в корзину и принимаясь за моллюсков. Она работала очень проворно, одного за другим забрасывая очищенных моллюсков в корзину.

Я подошла ближе, почти коснулась корзиной ее головы.