Читаем Дикий голод полностью

Она знала, что я ищу. И когда она вывела на карту два здания, то подтвердила, что инстинкт меня не подвел.

— Они расположились над лей-линиями, — сказал Тео.

— Клаудия, скорее всего, выбрала башню Поттер-Парка из-за расположения над линией, проходящей с севера на юг, — произнесла я, — и купила землю с замком по той же причине.

— Мы поручим офицерам ЧДП проехать по линиям и поискать их следы. Можешь дать мне масштабируемую версию карты с проведенной траекторией лей-линий? Может быть, их, как в случае с нефтяными компаниями, на самом деле называют не «лей-линиями»?

— Конечно, — ответила она. — Никто не должен знать, что собой представляют лей-линии. Мы можем называть их… маршруты миграции фейри или что-то в этом роде.

— Неплохо, — произнесла я.

Она улыбнулась, из-за чего у нее наморщился нос.

— Ага, мне тоже понравилось.

Зажужжал экран Юена, и он вытащил его.

— Думаю, удача нам изменила, — сказал он и провел пальцем по экрану, чтобы отправить изображение на больший экран.

Изображение было темным, но на нем в ряд были показаны фотографии фейри. На первой к вороту его туники была приколота брошь. На второй брошь пропала.

— Записи с камер наблюдения Дома Кадогана, — сказал Юен. — Это кадры с вечера вечеринки. И, что самое интересное, это его единственные снимки на этом мероприятии. Нет записей, как он проходит через ворота или разговаривает с другими гостями.

— Словно он пробыл там очень короткое время, — произнес Тео, — и ради весьма конкретной цели.

— Точно, — ответил Юен.

Я закрыла глаза и проиграла эту сцену, пытаясь поставить себя на место фейри.

— Он хотел остаться незамеченным, поэтому обошел проходную. Вместо этого он перелез через стену. Он убил Томаса, заколдовал Райли и дал ему нож, потом снова пробрался через стену, потеряв брошку, а затем избавился от своей окровавленной одежды.

— И единственное доказательство, которое у нас есть — косвенное, — сказал Юен.

Я кивнула и открыла глаза. «Мы становимся все ближе. Но пока еще не достигли цели».

— Мы разошлем ориентировку, — произнес Юен. — Но я подозреваю, что мы его не найдем, пока не разыщем остальных.

— Дадите мне знать, если найдете его? — спросила я. — И внедорожник? — «В худшем случае Клаудия находится в опасности. В лучшем случае ее возвращение может помочь остановить то, что пытаются сделать фейри».

— Дадим, — ответил Юен. — Пока я еще не совсем уверен в твоем доводе относительно Бродяги-вампира, с моей стороны было бы неправильно игнорировать твой вклад. Так что спасибо.

— Не стоит благодарности.

— Если до рассвета мы ничего не найдем, — произнес Тео, — то нам нужно будет собраться после заката. Сообщить всем последние новости.

— Устрой это, — сказал Юен, а потом поглядел на меня. — А пока будет лучше, если ты сможешь держаться подальше от Дирборна.

* * *

Я оставила Команду Омбудсмена заниматься их работой и взяла Авто до квартиры Лулу, куда мама отправила мой чемодан, который я оставила в Доме.

Она видела новости о Грант-Парке и ждала меня. Даже Элеонора Аквитанская казалась немного подобревшей — всего раз на меня зашипела, когда я проходила мимо нее.

Мы включили какую-то «Блонди»[70], сели в радугу света, отражавшуюся от окон и открыли коробку дешевенького вина.

Она сделала глоток розового вина.

— В такие моменты я жалею, что не выбрала магию, — сказала она, скрестив лодыжки на журнальном столике. — Чтобы я могла щелкнуть пальцами, и все бы поступали так, как я хочу. Никому бы не причиняли вреда.

Вино было ужасным. Поэтому я выпила еще немного.

— Не думаю, что магия работает именно так.

— Ты знаешь, почему я отказываю магии?

— Из-за твоей мамы?

— Это лишь отчасти. Потому что магия — весь мир сверхъестественной драмы — заставляет меня чувствовать себя бессильной. Она заставляет меня чувствовать себя маленьким ребенком, который сгорает от стыда из-за своей отъявленной злодейки матери, у которой не было выбора.

— Твоя мама — хороший человек.

— С пристрастием, и который из-за этого навредил многим людям.

— Я этого не отрицаю, — ответила я. — Думаю, все упирается в выбор. В принятие решения. Долгое время у меня было чувство, что у меня их нет. Поэтому я решила что-то сделать, начиная с поездки в Париж. И, я думаю, остаться здесь, в то время как остальные сбежали. Это всего лишь выбор. Ты делаешь выбор и следующий шаг.

Она кивнула.

— И каков следующий шаг? Использовать магию? Держаться от нее подальше? Быть собой или быть чьей-то дочерью?

Я пожалела, что навязала ей эти вопросы, что мое возвращение домой заставило ее столкнуться с вопросами и проблемами, которые она явно пыталась обойти стороной.