Читаем Дикие питомцы полностью

Эзра чувствует себя идиотом. Тогда зачем он продолжает репетировать? – тупо бурчит он.

Айрис бросает первый камешек, и он плюхается в воду у самого берега.

Может, надеется, что дед передумает, отвечает она.

Лукас и Ндулу отправляются на поиски раковин каури. Мать Лукаса их коллекционирует. Такие аккуратные раковинки, похожие на молочные зубки.

Раньше, говорит Эзра, ими расплачивались, как монетами. А еще использовали вместо игральных костей.

Такой подойдет? – спрашивает Айрис, подбирая камешек и показывая его Лукасу. А такой?

Проходит около получаса, и Эзре становится скучно. Пора ехать, говорит он. Пойду позову Макса.

Не надо, отзывается Лукас. Куда торопиться? Мы почти на месте. Потом замечает, что Эзре неймется, и вздыхает. Ладно, я поведу.

Достав из кармана пакетик, он вытряхивает из него четыре розовые капсулы. Эзра с жадностью хватает одну. Ндулу проглатывает свою, третью передает Айрис, а четвертую несет все еще сидящему на камне Максу. Тот, не прекращая играть, открывает рот. Музыка парит над водой. Эзре стыдно, что он единственный ни о чем не знал. Ему даже хочется пойти присесть у ног Макса. Тот снова и снова проигрывает от начала до конца одну и ту же сюиту Баха для виолончели. Ндулу вкладывает капсулу ему в рот, а затем аккуратно подносит к губам бутылку с водой.

Айрис отходит дальше по пляжу и присаживается почитать возле лужицы грязной воды, а через полчаса уже смотрит на нее завороженно и называет каменной заводью. В лужице темнеет скользкий лишайник, колышутся водоросли и плавает обломок серфа, который Айрис называет желтой штукой. Вскоре она бережно выуживает его и прижимает к груди. Эзра опускается на корточки рядом с ней. Она показывает ему якобы обитающих в луже морских коньков и звезд, а он кивает. Макс по-прежнему не слезает с камня, вид у него величественный, словно звукам его виолончели подчиняется сам океан. Ндулу пытается подружиться с черным, явно бездомным, лабрадором, который лает то на него, то на волны – по очереди.

Айрис хохочет, не переставая, из носа ее что-то брызжет и стекает в рот. Эзра протягивает ей платок. Потом понимает, что Лукас, ничем не занятый, сидит на камнях, и объявляет, что вернется через минуту. Идти к нему почему-то тяжко, будто бы он перемещается из одного мира в другой. Эзра смущенно застывает рядом с Лукасом, и они вместе смотрят на Айрис, которая, похоже, решила заняться пересадкой водорослей.

О чем вы с ней вообще разговариваете? – спрашивает Лукас.

Такого вопроса Эзра не ожидал. Но сейчас он ощущает себя таким отважным, таким цельным, что отвечать на него не страшно. По большей части объясняем друг другу, как устроен мир. Иногда кажется, что вдвоем нам удается вывести что-то, максимально близкое к объективной реальности. Знаешь, это как идти по компасу.

Он вдруг понимает, что вслух ничего из этого не произнес, и Лукас по-прежнему смотрит на него выжидательно. Ндулу уже переместился к каменной заводи, тычет чем-то в воду. Эзра вдруг срывается с места, мчит по камням и, поравнявшись с лужей, с размаху наступает в нее, окатив Айрис водой.

Зачем? – вопит она.

Ндулу хохочет, пока из глаз не начинают литься слезы. Тогда он вытирает лицо, снова садится на камень, наблюдает, как Эзра осторожно счищает водоросли с ботинка.

И заявляет – всегда говорил, что он бессердечный маньяк.

Айрис разглядывает разрушенную каменную заводь и качает головой. Потом прячет желтую штуку в карман и сердито смотрит на Эзру, который стоит у кромки воды.

Всякий раз, как он выкидывает нечто подобное, совершенно на него не похожее, у меня это просто в голове не укладывается, ворчит она. Я отказываюсь в это верить и все. И в итоге получается, будто ничего и не было.

Ндулу хихикает и брызгает на нее водой.

Остынь, цыпа, говорит он. Это ж всего-навсего грязная лужица. Ты просто под кайфом.

Айрис пожимает плечами, рывком встает и идет к Эзре, ступая босыми ступнями по холодным камням.

Заметив ее, тот наклоняется подобрать гальку. Он чувствует себя идиотом, не понимает, что на него нашло.

Впервые они вместе словили глюки три года назад, тоже в Дувре. Эзра считает, что в тот день они и начали встречаться, хотя Айрис утверждает, будто к тому моменту они уже давно были вместе. Она тогда впервые оказалась на пляже в Англии. И удолбалась тоже впервые. А потом застряла посреди вырубленной в скале лестницы, никак не могла спуститься вниз. Эзра сидел у воды и строил башенки из гальки. А потом обернулся и сразу сообразил – Айрис забыла, как ходить, с ним под кайфом тоже такое случалось. Никогда еще он не видел, чтобы человек, стремящийся казаться незаметным, привлекал столько внимания. Отчасти дело было в высоком росте Айрис, отчасти в том, что в тот день она очень уж неудачно оделась. Ветер все время задирал ей юбку, а она только смеялась и ничего не могла с этим поделать. Эзра шагнул на нижнюю ступеньку, и Айрис уставилась на него, округлив глаза.

Посмотри вокруг, сказала она.