Читаем Дикие лошади полностью

— И ты мечтаешь, чтобы я забил этот гвоздь. — Судя по голосу О'Хары, он вроде бы уже смирился, но предвидел трудности.

— Хм, — сказал я, — если ты хочешь, чтобы «Неспокойные времена» вышли на экраны, то стоит попытаться. Я хочу сказать: ты же знаешь, что это и твой фильм. Твоя голова тоже ляжет на плаху за то, что ты пригласил меня.

Он помолчал.

— Хорошо, я приступаю. Чертовски много хлопот.

— Они должны оправдать себя.

— Нэш с тобой?

— В нескольких метрах от меня.

— Соедини меня с ним.

Нэш вышел из комнаты и взял телефон.

— Я дам интервью. Томас сказал, что может устроить это. Нет проблем. — Он выслушал ответ. — Ага. Если он говорит, что может, то я полагаю, что может. Он никогда не обещает то, чего не может сделать. О'Хара, по-моему, стоит оторвать от стула задницу и представить меня и Томаса этому сборищу! Чертовски глупо позволять сукину сыну Тайлеру топить корабль. — Он снова послушал, потом сказал: — Сделайте это, О'Хара. Приложите усилия. Я не желаю быть побитым этим писакой.

Я с трепетом внимал тому, как «маяк» излучает свой свет, и мысленно благодарил судьбу, что он смотрит на меня как на союзника, а не как на крепостного.

Он отключил связь, отдал мне телефон и спросил:

— Где мы будем искать корреспондента?

— Идите за мной. — Я попытался сказать это небрежно, но актер из меня был никудышный. Нэш молча спустился вслед за мной в паддок, где после забега расседлывали коней. Лошадей предыдущего забега уже увели оттуда.

— Вы знаете, кого высматриваете? — спросил он, когда я стал вертеть головой в разные стороны. — Не проще ли спросить?

— Мне это не нужно, — сказал я, сознавая — пусть даже сам Нэш игнорировал это, — что все смотрят на него. — Эти ребята из телекомпании бродят по паддоку вместе с комментатором, который рассказывает о лошадях, бегущих в предстоящем забеге, а кое-кто берет интервью у выигравших жокеев и тренеров после забега, и именно его я ищу… и я знаю его.

— Это кое-что.

— А вот и он, — сказал я, указывая. — Подойдем?

Затем я проскользнул между группами людей, толпившихся внутри ограды около весовой, а следом за мной толпа расступалась, как воды Красного моря, чтобы дать дорогу Нэшу. Мой знакомый корреспондент начал было здороваться со мной, но увидел, с кем я пришел, и застыл с открытым ртом.

— Нэш, — представил я, — это Грег Компасс. Грег… Нэш Рурк.

Грег пришел в себя моментально, как и положено закаленному телевизионщику, и с неподдельной радостью пожал руку, выпустившую столько безвредных пуль.

— Он здесь, чтобы посмотреть Линкольнский заезд, — объяснил я. — Как насчет некоторой частной информации?

— Галлико, — сразу предложил Грег. — Говорят, он просто из кожи вон лезет. — Он задумчиво посмотрел на Нэша и спросил без всякого нажима: — Как вы думаете, не показать ли мне, что вы здесь? Я полагаю, Томас говорил вам, что я делаю задушевные беседы для ленивых местных жителей?

— Говорил.

— Мы с Томасом, — пояснил Грег, — состязались друг с другом на скачках, когда были жокеями и были молоды.

— Вы все такие высокие, — выразил удивление Нэш.

— На скачках с препятствиями жокеи по большей части высокие. Бывшие жокеи часто становятся комментаторами скачек или журналистами и тому подобное. Сначала живешь этим. Потом говоришь об этом. — Он смеялся над собой, хотя в действительности он был когда-то выдающимся жокеем, а не любителем, как я. Сейчас ему было сорок, он был строен, подтянут, стильно одет. — Ну так?.. — выдохнул он.

— Вы, несомненно, можете сообщить, что я здесь, — заверил его Нэш.

— Отлично. Хм… — Грег замялся.

— Спроси его, — с улыбкой подбодрил его я.

Грег посмотрел на меня, потом опять на Нэша.

— Я полагаю… я могу пригласить вас для интервью?

Нэш искоса взглянул на меня и своим лучшим убийственным басом сказал, что не видит причин, почему бы и нет.

— Я слышал, что вы сейчас в Ньюмаркете снимаетесь в фильме, — произнес Грег. — Я могу про это сказать?

— Конечно. Томас — режиссер этого фильма.

— Да, ходили слухи.

Я достал из кармана сложенный номер «Барабанного боя» и протянул его Грегу.

— Если ты позволишь, — сказал я, — Нэш хотел бы коротко опровергнуть то, что написано в колонке «Жар со звезд».

Грег быстро прочитал заметку, и выражение его лица из любопытного стало возмущенным.

— Трудно притянуть к суду, — заключил он. — Одни вопросы. Это правда?

— Правда только то, что история в фильме отличается от книжной, — ответил я.

Нэш уверил его:

— Я не говорил этого и даже не думал. Съемки фильма идут хорошо. Все, что я хотел бы сказать, если вы мне позволите, это то, что не следует верить газетам.

— Томас, — Грег поднял брови, глядя на меня, — ты меня используешь, так?

— Да. Но эта статейка убивает меня. Если Нэш сможет сказать с телеэкрана, что это неправда, мы сможем переслать это денежным мешкам в Голливуд в надежде не дать им принять эту статью всерьез.

Грег подумал над этим и вздохнул.

— Хорошо, но только вскользь, О'кей? Я вас обоих помещу в кадр.

— Невиновность по ассоциации, — признательно сказал я.