— Алекс, а ты когда-нибудь убивал? — поинтересовалась  девушка, когда беглецы присели передохнуть в тихой роще уже по ту  сторону частокола.

— Бывало, а что?

— И каково это? — продолжала расспрашивать Мия. — Как ты себя потом чувствовал?

— Да, так, по-разному…

— А я просто места себе не нахожу, так мерзко!

— Постой, так те двое — твоя работа? — изумился Виго.

— Моя, — робко ответила илсази.

— Ума не приложу, как такая маленькая хрупкая девочка могла прикончить двух здоровенных мужиков?..

— Честно говоря, я мало что помню, — ответила она. — Зато теперь мне как-то не по себе.

— Ещё бы, — он понимающе кивнул. — Но ты посмотри на это  с другой стороны: были бы эти стражи сейчас живы, ты так и осталась бы  в темнице.

— Не уверена, — покачала головой Мия, — кажется, у меня был шанс и так спастись.

— Не кори себя понапрасну. Возможно, и меня ты не зря вытащила, мало ли, понадобится когда верный меч.

— Для чего?

— Для чего угодно! А пока могу проводить тебя к вашим.

— Если только до Андила, — поразмыслив, сказала она.

— А дальше? Скоро ночь наступит, одной-то в лесу не страшно будет?

— Лес — мой дом! — с гордостью заявила Чёрная Кошка. —  Там мне нечего бояться! К тому же, в паре вёрст за рекой меня лошадь  поджидает.

— Ладно, как скажешь!

Солнце уже село, когда они окольными тропами добрались до переправы.

— Прощай, Алексим! — проговорила илсази, ступив на мост.

— Ну, прощай, храбрая дева! — ответил он. — И помни, я перед тобой в долгу!

Глава 1

 Глубокой  ночью Чёрная Кошка объявилась в родном поселении. В Ирли-вилим,  раскинувшемся средь древнего леса на берегах священной Лали, было тихо,  и только подле хижины вождя горел костер, у которого посиживал сам  предводитель племени, частенько страдавший бессонницей.

— Здравствуй, Маро Луус, — поприветствовала его девушка.

— И ты здравствуй, Лесо Мия! — сказал он. — Я ждал тебя только завтра, что-то случилось?

— Случилось, —  вздохнула она, — меня бросили в темницу из-за того, что я илсази.  Опасаюсь, как бы новый правитель Гарина не начал мстить за мой побег.

— Как же так?! — воскликнул вождь. — Мы несколько веков жили в мире с ланиссийцами.

— Времена меняются, Маро Луус! — возразила Чёрная Кошка. — Боюсь, теперь всё будет по-другому…

Они  ещё не довершили разговор, как со стороны дороги послышался стук копыт.  Оба собеседника сразу поняли, в чём дело, и бросились будить жителей  Ирли-вилим, но оповестить успели немногих.

В поселение  ворвались дюжины три конников с огнём и оружием. Они жгли сады  и непритязательные хижины лесного народа, секли их хозяев, пытавшихся  остановить погром, и рубили скот. Набег свой гаринцы довершили тем, что  разграбили алтарь и, прихватив с собою попавших под руку илсази,  ускакали обратно в Гринь.

Когда пожар был потушен, вождь принялся подводить итоги:

— Мерзавцы! — негодовал он. — Разрушить наши дома! Украсть реликвию! Похитить двадцать человек! Да как они посмели?!

— Это из-за меня, — произнесла Чёрная Кошка. — За каждого мертвеца они забрали по десять илсази.

— Вот как! — воскликнул вождь, с укором посмотрев на неё. — Так ты кого-то убила?

— Двоих стражников, — ответила она. — Теперь Гайент, их лорд, мстит мне и моему народу.

— Всегда знал, что твои отлучки на ланиссийский базар до добра не доведут.

— Может, и из плена мне бежать не стоило? — съязвила девушка.

— Да, и наш народ по твоей милости лишился бы шамана!

— Я  жрица Абилис, без Арласи-Инжи многие из моих способностей не смогут  проявиться, — с горечью сказала она. — Я должна вернуться в город  и попытаться всё исправить.

— Тебе  это не удастся, — возразил Маро Луус. — видимо, придется мне  расплачиваться за твою глупость: соберу своих людей, и мы в бою отстоим  свою веру и спасем соплеменников.

— Я отправляюсь с вами! — заявила Мия.

— Нет, ты уже достаточно бед натворила. Война — не женское дело!

— Мне всё равно, что ты думаешь, но сейчас это именно моё дело! К тому же, я знаю, как обойти укрепления, а ты — нет!

К полудню,  когда отряд из сорока лесных воинов уже приближался к Грини, от него  отделилась маленькая серая фигурка и со всех ног бросилась бежать  в город. Юная шаманка надеялась, что ей удастся самой что-либо  предпринять до того, как начнётся кровопролитие.

Оказавшись  на главной площади, где в тот день было необычайно людно, она  втиснулась в толпу и стала пробираться к замку, у ворот которого что-то  происходило. Подойдя ближе, жрица Абилис увидела своих сородичей,  запертых в крепкой деревянной клетке, что сторожили несколько воинов  в накидках с василисками, и стройного темноволосого мужчину в чёрных  расшитых золотом одеждах, вещавшего гневные речи с возвышения.

«Вот ты какой, Гайент», — подумала Мия, а лорд тем временем продолжал свой монолог: