Катя взяла ее под руку, и они медленно пошли по тротуару к переходу на другую сторону улицу. Лиза намеренно не спешила, потому что Катя еще неуверенно наступала на больную ногу, а снег в городе почти не убирали, и он намерзал ледяной горбушкой на тротуарах и пешеходных дорожках.

— Дикая Лиза! Дикая Лиза! — неожиданно из дыры в заборе навстречу им выскочили трое мальчишек. На вид им было лет одиннадцать-двенадцать, самый зловредный возраст. Они прыгали, кривлялись, высовывали языки. — Дикая Лиза! С ветки спрыгнула! Дикая Лиза!

Увидев, что Лиза с Катей остановилась, мальчишки бросились со всех ног к автобусной остановке. Толпившиеся на ней люди дружно повернули головы в их сторону.

— Сволочи! — Катя рванулась следом за мальчишками, но поскользнулась и чуть не упала. Лиза вовремя подхватила ее под руку.

— Тихо! — сказала она. — Не обращай внимания. Я уже привыкла. Раньше было хуже. А это шпана, они только кулаки понимают.

Мальчишки, отбежав на безопасное расстояние, остановились, и, приплясывая, опять принялись корчить рожи и выкрикивать:

— Дикая горилла съела крокодила! Обезьяна! Обезьяна! Дикая обезьяна!

На остановке с любопытством наблюдали за происходящим, с холодным, злорадным любопытством. Не нашлось ни одной сердобольной души, ни одной сочувствующей бабули, кто бы одернул малолетних негодяев, прикрикнул на них, пригрозил… Все просто стояли и смотрели, ждали, как поведет себя эта странная женщина, которая в открытую прогуливается по городу в компании дочери директора комплекса.

— Я их убью! — процедила сквозь зубы Катя. — Смотри, пялятся! Цирк устроили!

— Успокойся, — уже не попросила, а приказала Лиза. — Пацанам скоро надоест кривляться. Сделаем вид, что мы их не замечаем. Нельзя устраивать драку и собирать толпу, чтобы после на тебя пальцем показывали! Учти, через пятнадцать минут об этом сообщат твоему отцу. Ты хочешь, чтобы нам запретили гулять по улицам?

— Не хочу, — буркнула Катя, — но пусть только нога заживет, я им покажу и Дикую Лизу, и гориллу, и крокодила! Они у меня сами обезьянами скакать будут!

— Я тебе сказала: плюнь на них! Чем больше ты будешь злиться, тем больше они будут рады, что вывели тебя из себя. Не доставляй радость противнику, тогда быстрее его одолеешь.

— Так говорят на Востоке? — Катя лукаво улыбнулась.

— Нет, так говорил мой первый тренер Николай Егорович. И знаешь, он был прав. Я это испытала на себе, — улыбнулась в ответ Лиза и прошептала: — Видишь, пацаны поняли, что нам на них наплевать, и сразу приуныли. Представляешь, сколько счастья ты бы им доставила, если бы бросилась в драку. А тетки на остановке пропустили бы нужный автобус…

Катя засмеялась и подхватила Лизу под руку.

— Пошли быстрее, пока зеленый свет не погас.

Они быстро миновали перекресток, не заметив, что кроме зевак на автобусной остановке, за ними наблюдают несколько мужчин. Четверо — в рыжем с шашечками микроавтобусе, двое в черных кожаных куртках — около газетного киоска. Катя и Лиза прошли рядом с ними. Проводив их взглядом, двое у киоска махнули рукой тем, что сидели в «Газели». Дверь приоткрылась, и автомобиль тихо поехал вдоль тротуара вслед за женщиной с девочкой. Лиза и Катя, оживленно болтая, шли по направлению к универмагу. Двое в куртках на ходу заскочили в «Газель». Тот, что сидел рядом с водителем, высокий, горбоносый, с явным кавказским акцентом человек, спросил:

— Что? Она?

— Она! Волчица! — ответил, слегка отдуваясь один из мужчин в куртке. — Я ее видел, как тебя! Сначала, и вправду, не узнал. Баба и баба! А потом пригляделся! Точно Волчица!

— Что ж недолго ей осталось спокойно разгуливать! — усмехнулся тот, кто спрашивал, и уточнил: — Девчонка чья? Морозова?

— Морозова, — ответил теперь один из тех, кто оставался в «Газели». — Я же говорил тебе, Зелимхан…

— Ничего, надо будет, сто раз повторишь, — ответил Зелимхан Хабиев. — А за то, что Волчицу помогли найти, плачу тебе, Амир, пятьсот долларов. Найдете подходы к Морозову, получите еще пять тысяч на всех, остальное, знаете, стоит гораздо больших денег. Так что не будем терять времени. Аллах акбар!

— Аллах акбар! — эхом отозвались его соплеменники.

Лиза и Катя скрылись в дверях универмага. Чеченцы проводили их взглядом. Двое в куртках покинули «Газель» и пересели в белую «Тойоту», которую припарковали на стоянке вблизи универмага. А «Газель» с Зелимханом Хабиевым и тремя его приятелями поехала дальше. Бандиты, несомненно, торжествовали. Они никак не ожидали получить столь щедрый подарок, да еще в священный праздник всех мусульман Рамадан. Выйти, так быстро и внезапно на Волчицу! Разумеется, это воля Аллаха! Асланбек Хабиев, десятки погибших боевиков и полевых командиров будут, наконец, отомщены. И предстоящая расправа с Волчицей станет лишь первым звеном в цепочке, не самым важным, конечно, но вполне закономерным.

Глава 17