Читаем Дикая. Часть 2 полностью

Голоса слились в гул. Гул сразу же начал угрожать вернуть мне звон в ушах, от которого я лишь недавно избавилась. Благо Дикая достаточно быстро и в достаточно категоричной форме попросила всех заткнуться. Как только просьба-приказ Дикой была удовлетворена обществом, Дикая, Яр и Сладкий начали ощупывать камень в поисках тайника, о котором шла речь в Tabula. Не уверена в этом, но кажется, кто-то из них на что-то нажал, в результате чего каменная плита, на которой был выгравирован текст, отодвинулась в сторону. Это выглядело… Цивилизованно, что ли. Технологии – человечество – человек… За происходящим, естественно, стоят люди. Кто бы сомневался.

Я заглянула через плечо Дикой. В тайнике, напоминающем вырезанную в виде прямоугольника пещеру, среди двенадцати видов оружия, дюжины консервированных банок, мешковатых рюкзаков и бутылок с водой нашлось нечто великолепное, загипнотизировавшее мой взгляд… Крупный, профессиональный, из-за начищенности блестящий металлическим цветом лук. Рядом с ним, укомплектованные в колчан, стояли прочные стальные стрелы. Ничего подобного нам в Паддоке и не снилось.

Неожиданно Дикая вернула скрижаль на её место, таким образом прикрыв тайник. Сделав это, она развернулась лицом к остальным, явно собираясь что-то сказать, как вдруг её опередил Змееед:

– На Скрижали ясно написано: выбраться отсюда сможет только половина из нас. У нас есть оружие и чётко прописанные условия.

– К чему ты ведёшь? – повёл бровью Сладкий.

– Мы будем долгие дни скитаться по этому… Конкуру. Пока половина из нас не перемрёт. Или…

– Ты идиот, – с презрением фыркнула Абракадабра.

– Да, вы все всё прекрасно поняли и без меня. Только разница в том, что я единственный из вас всех, кто осмеливается говорить об этом вслух. Мы можем покончить со всем этим бредом прямо сейчас. И нас заберут отсюда уже сегодня. Зачем лишние муки, если всё можно сделать быстро и почти безболезненно? Зачем нам мучать себя и тех, кто обречён?

– А кто обречён? – с нападением в тоне прищурилась Дикая.

– Вообще-то в словах Змеееда есть логика… – неожиданно вместо Змеееда подал голос Сладкий.

– Вот как? – брови Дикой всё больше сдвигались к переносице.

– Естественно в моих словах есть логика! Давайте решим всё здесь и сейчас. Не будем спать на сырой земле, прекратим шарахаться от каждого шороха в кустах, не станем умирать мучительной смертью. Просто и быстро решим всё, и для всех. И всё закончится. Кто-то больше не будет испытывать боли, а кто-то уснёт в тёплой постели.

– Никто не обещал тебе тёплой постели, – прозвучал раздражённый голос Вывода.

– Голосуем, – резкий выпад Дикой.

– Что?.. – не поверила услышанному я.

– Кто за предложение Змеееда – поднимайте руки.

Рука Змеееда сразу же взметнулась вверх. Я думала, что она будет единственной, но вдруг поднялась и рука Сладкого. Что ж, он высказался ещё до… Внезапно взметнулась ещё одна рука – Парагрипп. После этого я замерла. Боялась, что взлетание рук не прекратится. Но оно, вроде как, остановилось…

– Это все? – зачем-то решила уточнить Дикая. Все промолчали. – Что ж… Вот вас троих и порешить сразу.

– Что? – Парагрипп.

– Чтоб не мучались и остальных не мучали…

– Но…

– Что не так? Ты сам за это только что проголосовал.

– Нет, не за это!

– Ты проголосовал за отбор: половина умирает сразу, чтобы вторая половина смогла крепко спать в тёплых постелях. Ведь за это вы трое проголосовали? Несогласных с таким раскладом больше. Вы в меньшинстве. Прикончим вас троих и сразу же перейдём ко второму раунду: ведь на этом идиотском камне начертано, будто для начала должны погибнуть трое, после чего остальные смогут перейти ко второму раунду чего-то там.

– Так нельзя…

– Ты сам выступил за это, Парагрипп, – Дикая говорила о таких страшных вещах с таким ледяным спокойствием и при этом так невозмутимо пожала плечами, что у меня по спине вдруг забегали мурашки. – Не переживайте: мы будем вечно благодарны вашей добровольной жертве.

– Нет, так нельзя! – Змееед сорвался на крик и сделал шаг вперед. – Мы должны соревноваться!.. Или хотя бы должны вытянуть жребий…

– А что если в соревновании ты проиграешь? Что если в жребии вытащишь короткую соломинку? Что тогда? И тогда ты завопишь о том, будто нужно переиграть, пересмотреть, передумать? И так до тех пор, пока твоя жалкая жизнь не окажется в безопасном расстоянии от казни, за которую ты самолично сейчас голосуешь?

– Согласен, – вдруг выдал Вывод. – Кончим этих троих.

Дикая резко дёрнулась:

– Хоть ты меня не разочаровывай! Ты ведь нормальный парень!.. Вы все… Нормальные, – она заглядывала в испуганные человеческие глаза, и явно различала в них звериные отблески: страх, смешанный с отчаянием – осколочная бомба замедленного действия. – Не для того я всё это время спасала ваши задницы, чтобы вы все сейчас бросились перегрызать друг другу глотки, – наконец заключила она.

– За этим стоят люди, Дикая, – Дефакто поправил очки на своей переносице. – Это очевидно. А раз так, всех нас ты не спасёшь. Как ни крути.

– Я ещё даже крутить не начала…