Станки молчали, более того, их вид наводил на мысль, что они вообще никогда не работали. Я вышел в длинный коридор и прошел в красильный (как я его называл) цех. Когда я открыл дверь и взглянул внутрь, то меня обуял неподдельный ужас! От огромного помещения остались лишь стены, но они уходили так высоко вверх, что не было видно, где они заканчиваются. Между стенами были протянуты яркие разноцветные веревки, на которых раскачивались подвешенные фигуры каких-то жутких уродцев. Они не были похожи на людей, скорее, это были неизвестные науке организмы. Мне показалось, что они мертвы, но когда я сделал шаг по направлению к одному из них, отростки на его туловище зашевелились. Решив, что лучше не лезть туда, куда не знаешь, я вышел из цеха и вернулся к ткацким станкам. Немного обдумав сложившуюся ситуацию, я решил добраться до третьего цеха в обход второго, через улицу. Я вышел под бетонное небо саркофага и попал под сильнейший ливень. Осветив каменную дорожку, я направился по ней, минуя два первых цеха фабрики. Впереди замаячила невысокая постройка, очевидно, комната технического персонала, а далее виднелся большой серый дом, который я и посчитал третьим цехом. Я завернул к нему, нашел входную дверь и потянул за ручку. Она легко поддалась, и я оказался в… буйных джунглях. Вокруг меня раздавались различные звуки. Это был и стрекот кузнечиков, и жужжание мух, и писк комаров. Чуть позже к ним добавилось сердитое ворчание более крупного зверя, возможно, пумы. У меня не было с собой никакого оружия, кроме ножа, поэтому я предпочел не стоять на месте, а двигаться вперед. Я зашел в тропический лес и уже вскоре потерял из виду входную дверь. Сначала я заметался от страха, но потом понял, что делать все равно нечего и нужно двигаться дальше.

Долго я бродил по джунглям. Несколько раз чудом избежал встречи с тиграми. Пару раз едва не наступил на змей и один раз вышел прямо под ноги огромному слону, который при виде меня разъярился и пытался меня затоптать. Я кинулся от него прочь и затерялся среди деревьев. После этого я решил забраться на дерево, чтобы осмотреться и понять, где я. Вскарабкавшись на ближайший высоченный ствол и взглянув вокруг, я осознал, что нахожусь уже не в джунглях, а в неведомом мире с пирамидальными деревьями, имеющими яркую розовую крону. Надо мной с пронзительным визгом промчалось нечто, напоминающее ромб. Оценив ситуацию, я поспешил спуститься вниз. Причем сделать это удалось с крайним трудом, поскольку ребра пирамидального ствола дерева были очень острыми и резали руки. Спрыгнув на землю, я вдруг приземлился на обычный мраморный пол. Я поднял голову и увидел перед собой колонны, которые поддерживали высокий потолок комнаты. Сверху виднелось озеро с миражами, на берегу которого я провел столько времени, а под ним стоял тот самый деревянный столик с фотоаппаратом Максимилиана и старинной печатной машинкой. Я воскликнул от радости и сделал шаг вперед. В ту же секунду меня вновь окружили джунгли. Тогда, не поворачиваясь, я шагнул назад, и все (столик, озеро и колонны) вернулось на свои места. Меня посетила догадка, что пространство в комнате каким-то образом преломляется, поэтому я не могу пройти напрямик. Я повернулся к столику в половину оборота и сделал малюсенький шажок. Ничего не изменилось. Комната осталась на прежнем месте. Я возликовал! Так я и стал передвигаться маленькими шагами, держа столик в поле своего зрения. Как только он пропадал, я возвращался в предыдущую точку и продолжал искать нужное направление.

8

Дед Матвей подошел почти вплотную к поверхности зеркала и произнес, глядя Глебу прямо в глаза: