Читаем Дьявол полностью

Попасть в ад на вечное жительство было очень легко. Напротив, чрезвычайно трудно было сойти в ад в качестве простого посетителя, так сказать, на положении любопытствующего туриста. Несмотря на то, многим все же удалось побывать в преисподней заживо. Список начинается с девы марии, которая посетила ад в сопровождении архангела михаила и множества ангелов. «Хождение богородицы по мукам» — популярнейший апокриф русского, да и вообще православного крестьянства. Затем — св. Павел. Легенда о его нисшествии в ад была очень распространена в средние века и, несомненно, известна Данте. Обыкновенно подобные нисшествия являлись результатом божественного милосердия к какому — либо несчастному грешнику, вымоленному от казни чьим–либо святым заступничеством, или к народу, нуждающемуся в наглядном уроке адских мучений, потому что он забыл заповеди и предупреждения божьи. Но св. Гутлака сами черти однажды вытащили из кельи и носили по преисподней, чтобы возмутить его против божественной справедливости нестерпимым зрелищем адских мук. Смелый рыцарь Угоне Альвернийский отправился в ад по приказанию своего короля, который пожелал взять дань с Люцифера. Вот эффектное перерождение сказки о работнике Балде, на почве романтического феодализма!

В 1218 году некий граф предложил большую награду тому, кто сможет принести ему вести, как существует на том свете отец его, незадолго умерший. Один бравый рыцарь взялся за это дело. Купив секрет у какого–то колдуна, он пробрался в ад, нашел старого графа в самом плачевном состоянии и получил от него поручение убедить сына, чтобы тот возвратил церкви некоторые имения, им, стариком, неправильно захваченные: тогда, может быть, черти не так будут его мучить. Путешествие в ад по тем же мотивам и с тем же нравоучительным заключением известно и русскому сказочному эпосу. Некий злодей – генерал уверяет короля, будто удачливый солдат Тарабанов похваляется «на тот свет идти надо да узнать, как поживает там ваш покойный батюшка». Тарабанов принимает поручение, но требует, чтобы и генерал шел вместе с ним. «Вышли они на двор: у крыльца стоит дорожная коляска–четверней запряжена. «Это кому?» — спрашивает солдат. «Как кому! мы поедем.» — «Нет, ваше превосходительство! коляска нам не потребуется; на тот свет надо пешком идти». Путь далекий, захочется солдату есть — вынет из ранца сухарик, помочит в воде и кушает; а товарищ его только посматривает да зубами пощелкивает. Коли даст ему солдат сухарик — так и ладно, а не даст — и так идет. Близко ли, далеко ли, скоро ли, коротко ли — не так скоро дело делается, как скоро сказка сказывается–пришли они в густой, дремучий лес и спустились в глубокий — глубокий овраг. Тут кольцо остановилось. Солдат с генералом сели наземь и принялись сухари глодать; не успели покушать, как глядь — мимо них на старом короле два черта дрова везут — большущий воз! И погоняют его дубинками: один с правого бока, а другой с левого. «Смотрите, ваше превосходительство, никак это старый король?» — «Да, твоя правда, — говорит генерал, — это он самый дрова везет». «Эй, господа нечистые, — закричал солдат, — ослободите мне этого покойника хоть на малое время, нужно кой о чем его расспросить». — «Да, есть нам время дожидаться. Пока ты будешь с ним разговаривать, мы за него дрова не потащим». — «Зачем самим трудиться, вот возьмите у меня свежего человека на смену». Черти мигом отпрягли старого короля, а на его место заложили в телегу генерала и давай с обеих сторон нажаривать; тот гнется, а везет. Солдат спросил старого короля про его житье–бытье на том свете. «Ах, служивой! Плохое мое житье. Поклонись от меня сыну, да попроси, чтобы служил по моей душе панихиды: авось господь меня помилует — освободит от вечной муки. Да накрепко ему моим именем закажи, чтобы не обижал он ни черни, ни войска; не то бог заплатит». — «Да ведь он, пожалуй, веры не даст моему слову; дай мне какой–нибудь знак» — «Вот тебе ключ, как увидит его — всему поверит». Только успели они разговор покончить, как уж черти назад едут. Солдат попрощался со старым королем, взял у чертей генерала, и отправился вместе с ним в обратный путь. Приходят они в свое королевство, являются во дворец. «Ваше величество! — говорит солдат королю, — видел вашего покойного родителя — плохое ему на том свете житье. Кланяется он вам и просит служить по его душе панихиды, чтобы бог помиловал — освободил его от вечной муки; да велел заказать вам накрепко: пусть сынок не обижает ни черни, ни войска. господь тяжко за то наказывает». — «Да взаправду ли вы на тот свет ходили, взаправду ли моего отца видели?» Генерал говорит: «На моей спине и теперь знаки видны, как меня черти дубинками погоняли». А солдат ключ подает; король глянул: «Ax, ведь это тот самый ключ, от тайного кабинета, что, как хоронили батюшку, так позабыли у него из кармана вынуть». В другом варианте еще выразительнее:

— «Что ж с тобою отец наказывал?» — «Да велел сказать, коли ваше величество будете управлять королевством так же не по правде, как он управлял, то с вами то же будет».