Читаем Дежавю полностью

Через год всё было готово. Я стоял напротив световой воронки в специальном скафандре, с воздушной подушкой за спиной, пистолетом за поясом и пачкой банковских карт во внутреннем кармане. Я спросил у мистера Шёнау, не было ли у того счёта, который бы он открыл в далёком восемнадцатом году. Он дал мне несколько таких карт, подключённых к десяткам счетов в разных странах мира. Денег должно было точно хватить, снимать нужно было всё и сразу до того, как опомнится служба безопасности банка. Хотя мистер Шёнау уверил, что сам в то далекое время очень много снимал, проводя бесчисленное количество всевозможных операций, поэтому страшного никто не заметит, даже он сам. На всякий случай я взял с собой и наличные, их должно было хватить на первое время.

Селена вбила в машину дату прибытия.

Я зашёл в кабину капсулы и, встав посреди неё, скрестил руки, прижал голову к груди. Так готовятся к аварийной посадке. Я готовился к чему похуже. Селена смотрела на меня, и я чувствовал её волнение даже через стеклянные стены бокса, но не хотел видеть этого взгляда. Я знал, что она прощается, знал, что половина её не верит, что увидит меня опять.

Наконец, стены капсулы затрещали и наполнились сильным гулом, тысячи световых лучей пронзили пространство вокруг меня, закручиваясь в воронку. Всё, что я должен был ощутить, – давление, нарастающую мощь или боль, но ничего не происходило. Я подумал, что эксперимент не сработал и открыл глаза. Через затемнённые стёкла очков – только яркие проблески света где-то вдали и подо мной, и я посреди пустоты… Лишь огромное, глубокое пространство, гораздо большее, чем воронка казалась снаружи, окружало меня бесконечностью, и я с лёгкостью нёсся по той пустоте – к яркому свету, что сиял ослепительно-белым на выходе из темноты. Я чувствовал невесомость, я чувствовал, как упрямая сила белой дыры тянет меня на выход. Оглядел свой костюм – всё было на месте. Никакого давления, ничего, что причинило бы мне хоть какую-то боль. Я парил будто в космосе. Вдруг меня потянуло вниз, и чем быстрее я приближался к выходу, тем тяга была сильнее. Меня затошнило, загудело в ушах, я хотел видеть всё, хотел наблюдать за каждым из миллиона световых лучей, но не мог разомкнуть глаз. Меня закрутило с немыслимой силой и выбросило из пустоты. Я почувствовал притяжение. Я был на земле.

Меня выкинуло на асфальт с высоты порядка трёх метров, я только успел оглянуться и поймать на мгновение закрывающийся портал воронки.

Всё получилось, я ощупал костюм. Он был невредим. Ноги потеряли всякую силу, я не чувствовал мышц. Сколько я там пробыл?

Посмотрел на часы – они сбились. Да и толку в них сейчас никакого. Попытался встать, но ноги подкосились, схватился за что-то металлическое над головой – пожарная лестница, в сумерках мало что видно. Наконец я подтянул своё изнеможённое тело и встал на ноги. Да, я крепко стоял на ногах.

Мне повезло, я оказался не в Тихом океане и не посреди пустыни между войсками враждующих талибов, а во вполне себе приличной подворотне какого-то городка. Я снял шлем, очки и вдохнул.

Неподалёку какой-то шорох, похожий на крыс, вопль котов, вдали гул людей, что-то празднующих. Я ещё приходил в себя, мне казалось, что померещилось, но всё же я слышал дыхание рядом. Будет совсем некстати, если на меня нападут. Нащупав пистолет за спиной, я держал руку на рукоятке.

Дыхание перешло в кашель, я обернулся.

На меня с открытым от удивления ртом, из которого вываливался недожёванный сэндвич, смотрел какой-то бездомный.

– Cristo Santo! – воскликнул он и закашлялся ещё сильней.

Он выронил из рук бутылку вонючего пойла и, перекрестившись, побежал от меня, спотыкаясь о мусорные мешки.

Выйдя из подворотни, я осмотрелся вокруг. Высокие своды готических храмов шпилями устремлялись ввысь. Отлично, я в Италии.

Стянув с себя скафандр, остался в одном спортивном костюме. Сложил скафандр со шлемом в рюкзак, что всё это время был в защитной вакуумной плёнке приплюснут к моей спине, нащупал тайники с пачками денег – всё здесь, всё на месте. Через пять минут я уже ничем не отличался от туристов, что с огромными рюкзаками осматривали местную архитектуру.

Я шёл по одной из людных улиц и искал подходящий отель. У меня были деньги и дюжина карт с кодами от счетов мистера Шёнау. Все банки сейчас закрыты, а наличка не из этих времен. Я зашёл в один из ближайших баров, здесь не было видно почти ничего. Музыка била по ушам, официанты разносили пиво, проливая его на шатающихся гостей. Я протиснулся к стойке.

– Мартини, пожалуйста. – И протянул тысячную купюру.

Они оценивали подлинность по шороху или по нюху, по чему угодно, только не на глаз, здесь не было видно почти ничего.

– Сдачу оставлю себе? – подмигнула мне девица у бара.

– Лучше эту оставь, – передал я ей вторую купюру.

– Ты откуда такой? Турист?

– Да нет, здесь совсем близко, около часа пути.

Она улыбнулась и отсчитала мне деньги.

– Не подскажешь, где можно переночевать?

– У меня, – сказала она.

– Мне выспаться надо, с тобой разве уснёшь?

Она рассмеялась и указала направо.