– Понимаю. Но слушай свое сердце. Это все, о чем я прошу. И, пожалуйста, не нужно ради меня идти против своих желаний. Мне просто было любопытно, есть ли у тебя кто-то особенный.

Наступило короткое молчание, и я отвернулась, стыдясь того, что подслушивала.

– Вайолет, – выпалил Ривер.

Я замерла, мое сердце бешено колотилось.

– Моя Вайолет? Правда? Она прелестна, но…

– Да, и вообще, у меня есть кое-какие новости. Кажется, я слышал, как подъехала ее машина. Подожди.

Вот дерьмо.

Я хотела поспешить вниз, но мое бегство будет очевидным. Я повернулась и потянулась к двери как раз в тот момент, когда Ривер распахнул ее.

С тихим вскриком я отскочила назад, чувствуя легкую панику.

– Черт, прости, что напугал тебя, – воскликнул Ривер. Он потер затылок, выглядя таким же нервным, как и я.

– Все нормально. Я могу зайти попозже, если…

– Нет, заходи. Прошу тебя.

Я последовала за Ривером в комнату. Нэнси, бледная и какая-то пожелтевшая, улыбнулась при виде меня. Из окна на нее падал теплый луч солнечного света.

– Привет, дорогая.

– Здравствуйте, миссис Уитмор.

– Нэнси, прошу тебя. Помнишь?

– Точно. Хорошо.

Внезапно Ривер взял меня за руку. Так удивительно. Его большая, грубая ладонь и моя маленькая – вместе. Я подняла взгляд, так как Ривер возвышался надо мной при моем росте метр шестьдесят пять, но он, не отрываясь, смотрел на маму.

– После пятничной игры мы вместе с Вайолет идем на бал.

Глаза Нэнси расширились, но улыбка осталась прежней.

– Правда? Как мило.

– Он Король бала, а из-за сбоя в матрице Королевой бала выбрали меня, – с легким смешком сообщила я. – Думаю, у него просто не оставалось выбора.

– Ха, нет. Я с удовольствием. – Ривер сжал мою ладонь и отпустил. – Мне пора на тренировку. – Он подошел к маме и поцеловал ее в лоб. – Пока, мам.

– Береги себя, милый.

Ривер одарил меня мимолетной улыбкой.

– Я тебе позвоню попозже?

– Да, конечно.

Это впервые.

– Отлично. – Он неловко чмокнул меня в щеку и ушел, оставив нас с Нэнси наедине. Повисло молчание.

– Он очень милый, – произнесла я наконец.

– Так и есть. Я смотрю, вы становитесь ближе?

– Я бы сказала, детскими шажочками. Мы оба очень заняты.

Нэнси кивнула.

– Вот уж точно. Могу я попросить тебя заварить мне чай?

– Может, с «Хот Покетс»?

Она усмехнулась.

– Ты читаешь мои мысли.

Я улыбнулась в ответ и направилась на кухню. Аппетита Нэнси хватало, как правило, на пару кусочков еды, но мне хотелось незаметно как можно больше ее кормить. За столько лет практики с Миллером я весьма в этом преуспела.

Я спустилась по лестнице вниз, вдыхая оставшийся в воздухе запах туалетной воды Ривера. Слабый, но исключительно мужественный.

«И он сказал маме, что я особенная».

Я поставила чайник на плиту, положила пакетик ромашки в кружку и вздохнула, позволяя себе немного радости. После сумасшедшей вечеринки жизнь наконец-то начала налаживаться. Мои родители уже несколько недель не ссорились, а мы с Ривером собирались на бал. Если бы еще Миллер снова со мной разговаривал, все было бы прекрасно…

На моем телефоне просигналило сообщение, и я тихонько вскрикнула от радости, увидев имя Миллера:

Прости, что в последнее время был таким придурком. Как насчет встретиться сегодня вечером? Давно не виделись.

Я тут же написала ответ:

ДА! Я скучаю по тебе.

На экране высветились точки набора сообщения и исчезли. Затем снова появились:

Я тоже.

10

Миллер

– Стрэттон. Пойдем.

Я оторвался от стихов и отложил ручку. Ронан и Холден ждали у двери хижины.

– Ага. Иду.

Я еще раз пробежал глазами слова. Обрывки мыслей. Наброски чувств. Для Вайолет. Потому что, конечно, это было для Вайолет. Каждая нота, каждая мелодия, каждая фраза и рифма рождались благодаря моей любви к ней.

Но я должен ее отпустить.

Я спрятал записную книжку вместе с гитарой в запирающийся ящик. Холден купил его, чтобы я не таскал инструмент целый день с собой. Очень ценное обновление.

Сумерки окрашивали небо в золотисто-пурпурный цвет, хотя в хижине уже было темно. Я накинул поверх футболки клетчатую фланелевую рубашку и натянул на голову вязаную шапочку, чтобы волосы не лезли в глаза. Захватил сок из мини-холодильника, работавшего от небольшого литиевого генератора. Еще одно новшество Холдена. Холодильник всегда был набит едой, дабы не переживать, что Чет опять что-нибудь сожрет. Ронан хранил в нем пиво, а Холден держал бутылку своей любимой водки.

Чтобы не отставать от Холдена, мы с Ронаном тоже внесли ценный вклад в наше жилище. Мой босс в Галерее отдал мне три шезлонга для наших вечерних посиделок у костра. Ронан притащил гири, чтобы заниматься, бесконечный запас жидкости для розжига и потрепанный, но чистый футон, на который Холден отказался садиться.