Вторым стало восточное зеркало, что украшали маски, ожив они расплылись в гримасах. Заливались в беззвучном смехе и плаче, гневе и радости и застыли, лишь когда из тьмы выступил невысокий женский силуэт в пышном платье, с высокой прической и маской на длинной рукояти.

То была Леди Масок, щедрая Изел.

Третьим пробудилось юго-восточное зеркало, что украшали черепа. Они расхохотались в беззвучном смехе и успокоились лишь когда появилась высокая женская фигура. На ней было закрытое платье, с пышными рукавами, а ее длинные и прямые черные волосы обрамляли не менее узкое и хищное лицо. Она держала в руках кубок, в глаза бросалось, насколько длинными и острыми были ее ногти. Если облик ее можно было описать одним словом — Готика.

То была Алая Графиня, вечная Алисия.

По четвертому юго-западному зеркалу побежали вспышки искр. Словно молнии в бушующий шторм на мгновение от него повеяло соленым океанским бризом. Обрамляющие раму драконы среди волн смотрели, на зеркало с ужасом и почтением, когда на нем появилась их хозяйка. Она единственная несмотря на огромное количество украшений, предпочла платью практичную тунику и штаны, а также, пренебрегая приличиями развалившись в кресле, перекинув мешавшие ей косы за плечо. Лениво вертя в руках острый стилет.

То была владычица Бури, свирепая Нуаир.

Ткань, закрывающая крайнее шестое зеркало, тоже на миг колыхнулась. Словно кто-то протянул руку, чтобы стянуть его изнутри. Однако не прошло и мига, как это волнение стихло и зеркало больше не подавало признаков жизни. Кто бы ни тянулся с той стороны, ему не хватило сил стянуть с зеркала ткань.

Хаунд, смотревший в пол, увы, этого не заметил.

Последним ожило то зеркало, что возвышалось в центре комнаты и чьи грани сияли словно алмазы. Морозные узоры растаяли. На каждой из граней мелькнул женский силуэт. Прежде чем она во всем ее величии и грации предстала перед ними.

То была Великая Советница Рамия. Первая в Совете нареченная Святой.

И лишь седьмое зеркало, разбитое в дребезги, не подавало признаков жизни. Кристаллические перья печально украшали пол.

Его хозяйка была мертва.

Это был Великий Совет. Все пятеро венценосных. Святая и Иные. Этого Хаунд не ожидал. Если верить слухам, то, с тех пор как был повержен Темный, Совет в полном составе, собирался лишь раз, чтобы поприветствовать Розу.

«Что могло произойти такого, что они решили собраться именно сейчас?»

И пока он строил догадки, необычайно прекрасный голос вопросил.

— Мы заставили тебя ждать Хаунд, капитан наших лучших гончих?

— Нет, моя госпожа. Я к вашим услугам.

1.5 Голоса из Зеркал

— Думаю, ты удивлен, что мы призвали именно тебя, особенно учитывая все обвинения, что были озвучены в твой адрес после инцидента в городе Юрани полтора года назад?

— Да, моя госпожа.

— Позволь напомнить тебе и Совету, что герцог Юранский требует публичной казни всех причастных. Его жена публичной порки…герцога. Совет города настаивает на вручении всем причастным медалей и титулов, но при этом не сильно возражает против последующей порки и казни. Что пожелал Великий Магистр, думаю тебе и так известно? Однако в его просьбе было отказано.

Одно из зеркал издало смешок.

— Учитывая все произошедшее и вовлеченность стольких сторон, а также по той причине, что гончие действовали по нашей просьбе и общей запутанности дела. На время расследования тебе было позволено и дальше быть капитаном гончих. К твоей эффективности ни до, ни после того инцидента, ни у кого из нас нет нареканий. Однако…

— Однако недавно была доставлена целая пачка «анонимных писем» со всевозможными обвинениями в твой адрес. Поскольку Орден не может не опровергнуть обвинений, не подтвердить их…

Повисла выжидающая тишина и Хаунд спросил.

— Это трибунал, моя госпожа?

Высокая фигура в центральном зеркале задумалась, а затем, разгладив складки на платье, ответила.

— Нет. Впрочем, пока нет. Вокруг тебя сгустились тучи, и хоть твоя компетентность не вызывает ни у кого вопросов, но вот лояльность Ордену и нам Совету под сомнением. Однако учитывая прошлые заслуги, мы хотим дать тебе еще один шанс…

Советница опять прервалась на полуслове, и Хаунд, поняв правила этой игры, спросил в ответ.

— Что я должен сделать?

— Как тебе известно, небесные часы почти завершили свой оборот. Скоро завершится цикл в 12 лет. И очередное Великое Бедствие обрушится, на мир. Седьмое Великое Бедствие, если быть точной и оно будет отличаться от всех предыдущих. Коварнее и смертоноснее …

— К чему нагнетать? Почему просто не подождать, когда придет еще одна и всех спасет? Шесть раз ведь сработало. — Перебил Советницу скучающий зевок и мелодичный голос из зеркала, украшенного розами.

Ответом ей было шипение из зеркала с черепами.

— Дослушай, прежде чем перебивать!

Советница откашлялась.