Читаем Девочка-война (СИ) полностью

А потом я вздрагиваю, чуть ли не подпрыгивая на своем месте, потому что слышу, как снова скрипнул стул напротив, как плюхнулась кожаная сумка на стол, как опустилось поджарое, почти двухметровое тело напротив меня.

- Агата! - слышу я его решительный голос и тут же попадаю в плен стали его глаз. Это ошибка будет дорого мне стоить.

- Да? - вопросительно приподнимаю я брови. Я сарказм во плоти, я само равнодушие!

- Послушай, может быть, тебе это и не нужно, но я хотел бы извиниться перед тобой за то, как поступил тогда. Я не имел никакого морального права спорить на чувства. Я идиот.

Я ушам своим поверить не могла. Демид Громов извиняется? Да завтра по Москве-реке русалки поплывут, не иначе! Только вот одно «но» - я ему не верю, ни одному его слову. Раз эта разрисованная Погремушка извиняется, значит ему опять что-то от меня нужно, а не потому, что там у него совесть проснулась и мешает крепко спать по ночам. П-ф-ф, да ни в жизнь не поверю! И новая волна ярости почти смела все ту терпимость, что накопилась за это время к этому человеку. Хорошая попытка, но и я уже тертый калач!

- Идиот, с этим не поспоришь, - почти беспечно улыбнулась я ему, - но тебе повезло, ничего ведь криминального не случилось, мне как было на тебя фиолетово, так и осталось. Можешь спать спокойно.

Он, казалось бы, вздрогнул от моих слов, а потом опустил голову и покачал ей, будто бы ожидая от меня каких-то других слов. Ага, жди-жди, держи карман шире!

- Все равно, я должен был тебе это сказать, - упрямо припечатал Громов и пождал губы.

- Да-да, ну вот и все. Сказал, держи краба, - опять усмехнулась я и принялась бездумно перелистывать какую-то выданную мне книгу.

- Я извиняюсь от чистого сердца, Агата, - как недалекой опять повторил расписной мажор и это невероятно вывело меня из себя. Вот прям бомбануло так, что слова, помимо воли вырвались из меня, наполненные сарказмом или даже издевкой.

- От сердца, говоришь? От чистого, да? - он не мигая смотрел на меня, а я продолжила наседать, - Люди с чистым сердцем находят удовольствия не в том, чтобы других топтать, Демид, не в том, чтобы спорить на их чувства, наслаждаясь потом своей победой и потешаясь над мучениями того, над кем была совершена такая «незначительная шалость». Прикольно вам было, да, весело? Но там же спор не только на чувства был, ведь так? Очень видимо, забавно, нагадить в душу и тело осквернить всем этим. Так что, прости. Извинения я твои принимаю, но в чистоту твоего сердца я верить не хочу и не буду. Еще что-то? - и вопросительно подняла одну бровь.

Одному богу известно, какими душевными силами мне далась эта речь. В груди опять заныло от обиды и страха. Да, черт возьми, мне было страшно представить «а что, если?». Да, человек извинился, но что мне были его извинения, когда ими можно было разве что только подтереться?

Уходи, Демид, уходи! В моем мире таких, как ты, нет и быть не может. Но это же Громов, упертый как Громов...

- Да, еще что-то, Агата. Пожалуйста. - решительно набрал в легкие воздуха расписной мажор, но я пресекла его на корню. Мне это не надо! Я сыта по горло его играми!

- Ой, да перестань, Демид! К чему это все? Ты полтора месяца жизнью наслаждался, Пелех по углам зажимал и ничего тебя не волновало, а тут вдруг подсел с покаянием, ни с того, ни с сего. Очухался? Ну, так я не в обиде и остановимся на этом.

- Рад, что и ты в подушку не рыдала все это время, - резко подался он в мою сторону, опираясь локтями о крышку стола, но я не дрогнула, только усмехнулась и соврала, не моргнув и взглядом.

- Не рыдала.

- Ну, конечно, он же не пустой, не расписной, да?

С губ сорвался истеричный смешок, и я прикрыла ладонью глаза, не веря в то, что слышу Вот это игра! Оскар в студию!

- Что это, Демид?

- А ты как думаешь, Агата?

- Я думаю, что свести наше общение к минимуму было отличной идеей, но ты, в свойственной себе манере, как всегда все изгадил. Уходи.

И он ушел. Саданул ладонями по столу, встал и вышел из библиотеки, решительно чеканя каждый шаг. А я, посидев в цитадели знаний еще минут десять, поняла, что не могу так больше, мне нужна тишина моей комнаты, чтобы успокоить расшалившиеся нервы. Иначе, мысли сведут меня с ума, заставят верить в то, чего нет и никогда не было. Заставят усомниться в том, что люди не меняются.

А это не так!!!

Скорее всего, это просто очередная игра заскучавшего мажора или еще один спор.

Реванш? А иначе, чем объяснить это все? Чистым сердцем? Да три ха-ха!

Все свои внутренние силы я тратил только на то, чтобы просто унести от нее ноги, чтобы уйти как можно дальше, вернуть себе способность нормально дышать и мыслить. Чтобы не видеть ее и не сходить с ума от этой страшной и изматывающей одержимости.

Как же я ненавижу ее!