– Такие ситуации часто возникают в нашем музее, когда неподготовленную публику ведут сразу в раздел современной живописи. Естественно, они смотрят на «размалеванные» картины и ничего не могут понять, ведь их глаза ничего не видели. Они привыкли к «живым» картинкам. А тут совсем другая живопись, и они начинают смеяться, как Хрущев на выставке авангардистов. Сегодня я говорили с Леной о культуре. В ее понятии: главная цель культуры человека – это модная одежда, красивая мебель, посуда и умение пользоваться за столом ложкой, вилкой. Это ужасно… Я не знаю, сможем ли мы изменить ее мышление. Впрочем, ради сестры я готова.

Тут мать почему-то улыбнулась и сказала:

– Если весь смысл культуры был бы в модной одежде и умении пользоваться вилкой, ножами, то за месяц всех обезьян можно было бы сделать культурными людьми.

От таких слов Валя тихо засмеялась, сказав:

– Я мысленно представила себе эту картину. Красивая гостиная с люстрой, дорогим гарнитуром и за роскошным столом сидят шимпанзе в изысканных костюмах, бабочках, с вилками в руках. Прямо аристократы! При этом у них милые манеры, улыбаются, но всегда молчат. Ибо слова, мысли могут выдать их низкий уровень знаний, и тогда станет очевидно, что они безкультурны.

<p>Возвращение домой</p>

На другой день Лена с грустью сообщила, что ей пора возвращаться домой. И заметив на лице матери обиду, Лена села на диван, обняла ее.

– Муж отпустил только на два дня – прошло уже четыре. Домашние будет волноваться.

– Может, еще задержишься на недельку? – с мольбой произнесла мать, – А между тем мы телеграмму пошлем твоему мужу, что ты – у нас.

– Это будет очень долго: почту из городка доставляют к нам один раз в неделю. Мама, я еще приеду. Теперь в Москву буду приезжать часто.

– Лена, тебе не хотелось бы остаться здесь навсегда, ведь это твой дом, ты родилась здесь.

– Мама, не обижайтесь, но я не могу, – ответила дочь. – Там у меня семья, муж, дом. Я давно привыкла к ним.

Надежда Николаевна задумалась.

– Хорошо, когда ты приедешь в Москву?

– Быстро. Я только оставлю детей, расскажу мужу о случившемся и сразу приеду.

– А он отпустит? – испуганно спросила мать.

– Не знаю, но мне думается, отпустит. Все-таки такой случай… Да и сама хочу немного пожить с вами.

– Если муж не отпустит, то скажи ему смело, мол, тогда моя мама пойдет в милицию и расскажет о похищении, и его посадят в тюрьму.

– О, мама, такие слова пугают меня. Вы хотите посадить его в тюрьму? Но я этого не хочу, ведь Айгуль на выданье, а еще внуки? Какой позор для семьи!

– Это лишь для испуга, и тогда ты сможешь чаще бывать в Москве. Помни, дочка, это твой дом и можешь здесь жить сколько желаешь.

Кират и Айгуль за столом пили чай с тортом. Они уже знали, что сегодня они уедут, и напоследок им хотелось объесться сладостей. Правда, с появлением русской бабушки, они будут бывать здесь чаще.

– А вы, мои внуки, хотите остаться в Москве? – спросила бабушка, улыбаясь. Айгуль пожала плечами, ведь такие вопросы дети не решают. Кират же с кремом на губах согласно закивал головой. Открытый характер внука пришелся бабушке по душе, и она сказала Лене, что все-таки рано женили Кирата, ведь он еще дитя.

– Такие обычаи, к тому же подвернулась хорошая невеста. Медлить было нельзя, иначе другие забрали бы ее.

В это время в комнате появилась Оля, и мама с грустью сообщила об отъезде дочери. Лицо подруги сделалось крайне удивленным: как же так, еще не успели наговориться – и уже уезжает! Оля тоже пыталась уговорить подружку детства. Лена объяснять, что по мусульманским обычаям жена, без разрешения мужа, не может долго находиться у матери. Иначе сельчане могут подумать, что жена ушла от мужа. Для мужчины – это неслыханный позор, потому только муж может разойтись с женой.

Мать тяжело вздохнула: умом она понимала дочь, а вот душой никак:

– Ну, хорошо, поезжай, и скорее возвращайся. Я старая, больная, и кто знает, сколько мне осталось. Оля, позвони Вале, Пете и скажи об отъезде сестры.

Через час приехала Валя на служебной машине.

Поезд дочери был на вечер. Оставшееся время мама решила показать Москву, и совершить экскурсию по исторической части города.

– Мама, зачем мне это экскурсия, я хочу побыть с вами.

– Москва – это твой родной город, твоя родина, и ты должна знать ее историю. Это наша культура. Не знать такое – стыдно. Ко всему же твои сельчане спросят тебя о Москве – а ты ничего не видела, кроме магазинов. Я сама поехала бы с тобой на экскурсию, если бы не больные ноги.

Петя пришел во время, когда Лена с детьми уже спустилась к белой «Волге». У Вали возникло срочное дело, и попросила брата рассказать историю города. Сама же уехала на такси, обещав вернуться ближе к вечеру.

Благодаря машине, Петя успел показать сестре всю Москву, правда, это была обзорная экскурсия. Брат сидел спереди, рассказывая историю города. Временами они выходили из Волги и разглядывали памятники с близкого расстояния. На большее времени не хватило.

Когда вернулись домой, мама спросила:

– Ну, как, надеюсь, получили удовольствие?