Читаем Девятый круг полностью

Через несколько секунд они обнаружили сигнализацию. До включения сирены у них оставалось меньше минуты. И хотя сигнал вряд ли поступит в отделение охраны, достаточно того, что рев переполошит соседей. Парень, не проронив ни слова, проворно открыл переднюю панель на коробе сигнализации и нашел два шурупа, на которых крепился пульт. Вытащив маленькую электрическую отвертку, он аккуратно вывинтил оба, постаравшись не уронить, и опустил их в карман. Женщина держала наготове другой приборчик и передала его своему напарнику, как только обнажилось электронное нутро пульта управления. Парень подсоединил два проводка и нажал кнопку генератора мощности, отчего стрелки на шкале прибора пришли в движение. Принцип был простой: сигнал тревоги активировался электрическим импульсом, запускавшим сирену. Если в электрической цепи происходил сбой, система автоматически посылала предупреждение на пульт отдела охраны; но в данном случае он не достигнет цели благодаря тому, что телефонные кабели были переподключены к аппарату, который перехватит и задержит вызов. Речь шла о несложной операции, для осуществления которой, однако, требовалось специальное техническое оснащение.

Беатрис посмотрела на Пабло и перевела дух. Она сильно переволновалась, но осознала это, лишь когда заметила, что у нее вспотели ладони. Вытирая руки о джинсы, она направилась в директорский кабинет. Полицейские шли по длинному коридору вглубь здания, освещая себе путь маленьким фонариком, испускавшим тонкий луч красного света. Миновав двустворчатую дверь, они погасили фонарь.

Пабло занял кресло дель Кампо и включил компьютер, одновременно подсоединив флеш-накопитель через USB-порт. Устройство размером не больше сигаретной пачки позволяло в считанные минуты скачать информацию с жесткого диска, чтобы потом спокойно проанализировать ее в другом месте. Между делом он заглянул в ящики письменного стола, перебрал лежавшие там бумаги, но не нашел ничего существенного. Вооружившись миниатюрной цифровой камерой, он сфотографировал то, что могло представлять малейший интерес: страницы ежедневника, медицинские рецепты, записки на разрозненных листках. Компьютер запищал.

— Есть, — тихо пробормотала Беатрис. Она стояла рядом на коленях и рылась в одном из ящиков стола. Запустив внутрь ящика руку в резиновой перчатке (возможно, точно такими же пользовались убийцы), она извлекла три листа бумаги. — Сфотографируй.

Пабло навел объектив и сделал три снимка. Затем он вопросительно вскинул подбородок.

— Тот же шрифт, что и на «предсмертных» посланиях, — шепотом пояснила Беатрис.

Пабло глянул на шкалу загрузки флешки и поднял два пальца: осталось две минуты. Его напарница глубоко вздохнула и поправила микрофон, висевший у нее на шее. Микрофон и наушник позволяли поддерживать постоянную связь с Морантесом, который вел наружное наблюдение из своей машины. Она по-прежнему была в испарине, и у нее слегка тряслись руки. Черт подери, ведь не в первый же раз она оказывалась в подобной ситуации. «Успокойся. Морантес на посту, и, если произойдет что-то непредвиденное, они могут исчезнуть из консультации за тридцать секунд».

— Можно открыть файлы, пока загружается флешка?

Пабло кивнул.

— Ну так открой.

Неподалеку от консультации психиатра, в доме на площади Олавиде, Себаштиану медленно закрыл папку, которую дель Кампо вручил ему днем в баре. Комната, освещенная торшером, тонула в мягком полумраке. Себаштиану сидел на диване и смотрел на стену прямо перед собой. Он потянулся за высоким бокалом, до краев наполненным виски. Ему никак не удавалось унять дрожь в руках, и кубики льда позвякивали о стекло. Папка была из коричневой кожи, потертой и растрескавшейся от времени, с ветхими, высохшими резиновыми фиксаторами обложки. Очень старая папка.

«Паршивый сукин сын», — пронеслось в голове. Он впал в оцепенение, захлебнувшись в потоке чувств, и ошеломленно спрашивал себя, во имя чего мерзавец дал ему это. Каин продолжал игру, повышая ставки. Португалец вновь уронил взгляд на папку, мысленно возвращаясь к сути того, что в ней содержалось. «Господи! Столько лет ошибаться!»

Себаштиану Сильвейра закрыл лицо руками и, в душе попросив прошения у отца, заплакал.

— Что ищем?

Беатрис заглядывала Пабло через плечо. Монитор источал голубоватое сияние, превращавшее бледное напряженное лицо напарницы в застывшую маску.

— Я опасаюсь, что он хранит нужную информацию не на жестком диске. Что, если она лежит на каком-нибудь сервере, подвешенном к локальной сети? Как я понимаю, эта рухлядь только воспроизводит местные архивы?

Пабло согласно качнул головой.

— Поиск на сервере займет время, — предупредил он.

— Не обязательно, — возразила Беатрис. — Если он ведет запись, она должны быть под рукой. Другой вариант — зайди в текстовый редактор и посмотри, с какими файлами он недавно работал. Если ты откроешь папку «недавние документы» в…

— Я знаю, как это делается, — проворчал Пабло.