Почувствовав пальцы Камала там, где ее никто никогда не трогал, Амрита задрожала от волнения и стыда. Руки юноши были теплыми и мягкими. Еще нежнее были губы, ласкавшие нецелованную девичью грудь.

Тем временем начали действовать таинственные снадобья, которые девушка необдуманно проглотила в большом количестве: перед глазами словно рассыпались тысячи сверкающих звездочек, а душа, казалось, отделилась от тела и понеслась неведомо куда, прочь от земли, от прежних волнений и страхов, мелких, суетных желаний. В ушах звучала такая дивная музыка, что хотелось плакать, смеяться и кричать от восторга.

Первый любовный опыт особенно важен для девадаси. Научившись получать удовольствие с первой же ночи, девушка легко продолжит путь служения богу.

После женитьбы на Парвати великий Шива долго приучал к себе молодую жену. Украшал цветочными гирляндами, надевал и снимал драгоценности и сияющие красками одежды, шептал ласковые слова, рисовал на ее теле тайные знаки, нежно гладил и сладко целовал, обучая сложному и прекрасному искусству любви.

По телу Амриты растекались волны блаженства. Теперь она понимала, что такое йони и где должен находиться лингам! Страх отступил, стыд исчез, осталось безумное, ничем не сдерживаемое влечение.

Когда желаемое свершилось, она глубоко вздохнула и закрыла глаза. Амрите чудилось, будто она плывет по огромному океану в лодке, которую раскачивают упругие волны. Каждое движение двух слитых друг с другом тел наполняло ее глубоким восторгом, желанием бесконечно продолжать этот путь.

Соединение лингама с йони было ключом к тому миру, о котором она ничего не знала. И он был во сто крат лучше того, в котором Амрита жила прежде!

— Просыпайся, Амрита. Пора расставаться.

Она с трудом приподняла тяжелые веки. Темные глаза Камала смотрели внимательно и серьезно. Девушка заметила, что он снял украшения и надел дхоти.

— Вставай, только осторожно, чтобы не закружилась голова. — Он бережно поддержал ее за талию. — Зачем ты съела так много кореньев!

— Прости! — пробормотала Амрита.

Все вернулось на круги своя. Радость померкла. Вновь появились неловкость и стыд. Впрочем, они не смогли стереть воспоминаний о ни с чем не сравнимом удовольствии, какое она испытала минувшей ночью.

Амрита заметила на постели алые пятна. Итак, она стала «женой бога». В подтверждение свершившегося Камал надел ей на шею тали.

— Тебя ждет Хемнолини. — Он ободряюще улыбнулся. — Завтра она начнет заниматься с тобой. Прилежно изучай науку любви: уверен, что из тебя получится великолепная девадаси!

Девушка вышла из храма. Стоял обычный летний день, светило солнце, небо было пронзительно-синим и гладким как шелк. Вот только она сама никогда не будет прежней!

Провожавшая Амриту Хемнолини поинтересовалась, как прошла ее первая ночь с мужчиной, и тут же дала девушке несколько советов. Юная девадаси не слушала наставницу. Она думала о другом.

Девушка вернулась в свое жилище и сразу встретила горящий взгляд взволнованной Тары.

— Ну… что?!

— Я прошла посвящение.

— Знаю. Кто это был?!

Амрита поняла, что ни за что на свете не сможет открыть подруге правду.

— Виджай.

Тара разрубила кулаком воздух.

— Опять Виджай! Да пусть он сгорит! Это было ужасно?

— Вовсе нет. Мне было… хорошо.

Лицо полыхало предательским румянцем, на губах дрожала робкая улыбка.

— Значит, тебе больше повезло, — угрюмо произнесла Тара. — Или ты иначе устроена. Впрочем, тебя не волновало, кто это будет…

Голова кружилась, и Амрита легла на циновку. Она не знала, почему по лицу потекли слезы. Быть может, потому что детство закончилось, а она так мало знала о взрослой жизни. Или оттого, что она невольно предала подругу и отныне должна хранить в душе эту постыдную тайну.

Глава IV

Чужие

— Мне кажется, невозможно завладеть всем и успеть повсюду, отец. Вы хотите сохранить хорошие отношения с представителями высших индийских каст и вместе с тем приглашаете к себе в дом англичан. Вы велите моей сестре присутствовать во время наших бесед с белыми офицерами, улыбаться им и играть на ситаре[10] и при этом собираетесь выдать ее замуж за брахмана. Вы настояли на том, чтобы я выучил английский и познакомился с европейской культурой, а теперь говорите, что я должен жениться на дочери человека, которого интересует только торговля.

Выслушав своего сына, господин Рандхар откинулся на спинку кресла.

— Ты прав, Киран, это действительно так. Я стараюсь ничего не упустить. К сожалению, сейчас нельзя жить иначе. За неуплату налога заминдару грозит продажа его владений, причем без какого-либо судебного разбирательства. И если выручка от продажи имения не покроет недоимок, заминдара подвергнут аресту и тюремному заключению. Английские порядки несладки, и я должен прилагать неимоверные усилия для того, чтобы сохранить нашу собственность. Все, что я делаю, я делаю ради вас, своих детей.