Читаем Девадаси. Верность любви полностью

— Ты уже прошла посвящение в девадаси?

— Нет.

— Теперь, наверное, недолго ждать. Ты стала очень красивой и выглядишь совсем взрослой.

Амрита подумала о Таре, о том, с каким восторгом подруга готовилась к таинству и чем оно для нее обернулось.

— Послушай, Камал, ты знаешь все на свете, скажи, что такое любовь и откуда она берется?

Юноша рассмеялся.

— Когда ты станешь постарше, Амрита, тогда поймешь, что я вовсе не так умен, как тебе кажется. А любовь вызывает бог Кама. Разве тебе не рассказывали? Он стреляет из лука волшебными стрелами, которые пробуждают страсть у каждого, в кого попадают. Он бестелесный, потому его невозможно увидеть.

— Как узнать, что стрела достигла цели?

Юноша лукаво улыбнулся.

— Если ты задаешь такой вопрос, значит, еще не была влюблена!

— А ты… ты кого-нибудь любишь? — с волнением спросила девушка и получила тот самый ответ, какой и ожидала услышать:

— Да. Я люблю Шиву.

— Все мы любим Шиву, — спокойно сказала Амрита. — Я спрашиваю о любви к женщине.

Он нахмурился.

— Ни ты, ни я не можем любить смертных. Если в сердце «жены бога» вспыхнет любовь к земному мужчине и она не приложит все силы к тому, чтобы ее погасить, то будет очень несчастна.

«Что и случилось с Тарой», — подумала Амрита.

— Если бы ты узнал, что тебя любит какая-то женщина, что бы ты сделал?

— Посоветовал бы ей думать о любви к богу.

— Тебе известны тайны жизни храма. Скажи, как жрецы выбирают мужчину, исполняющего роль Шивы на супружеском ложе для той, которую посвящают в девадаси?

— При помощи жребия.

— Желание служителей храма играет какую-то роль?

— Ни малейшей.

Она пристально посмотрела ему в глаза.

— Это правда?

— Уверяю тебя, Амрита!

— Ты не жрец, но твоя роль в жизни храма очень важна. Ты когда-нибудь участвовал в обряде посвящения девушек в девадаси в качестве… «мужа»?

Юноша пожал плечами.

— Я не могу ответить на этот вопрос.

— Неужели у тебя никогда не было возлюбленной?

Безупречно гладкий лоб Камала прорезала тонкая морщинка.

— Ты становишься чересчур любопытной, Амрита! К чему ты завела этот разговор? Какое это имеет значение?

— Для меня — никакого. Не хочешь, не отвечай. Просто я подумала, что многие девушки наверняка без ума от тебя…

— Я уже сказал: я держу их на расстоянии. Если бы женская любовь интересовала меня больше, чем танцы, я бы не служил в храме.

— А вдруг бог Кама все-таки ранит тебя своей стрелой?

— Я сочту это величайшим несчастьем.

Девушка не рассказала подруге о разговоре с Камалом. Пусть все идет своим чередом. Амрита вспоминала миф, который они часто разыгрывали в танцах. Шива, опечаленный смертью своей жены Сати, не хотел слышать ни о каких женщинах. Он не знал, что Сати, перевоплотившись, уже приняла облик Парвати, и не отвечал на любовь прекрасной девушки. Тогда боги обратились за помощью к Каме, и тот выстрелил в Шиву. После этого Шива влюбился в Парвати и они поженились.

То, что угодно богам, все равно исполнится; никому не уйти от стрел вечно юного Камы! И едва ли волшебную стрелу можно запросто вынуть из сердца! Если Камалу суждено полюбить Тару, они будут вместе, если нет — тогда подруге лучше о нем забыть. Правда, Амрита плохо представляла, как можно перестать думать о том, кого видишь перед собой каждый день!

Вскоре Тара немного приободрилась: невидимые раны начали заживать. Когда Амрита узнала о дне своего посвящения, который выбрали храмовые астрологи, подруга сказала:

— Не обращай внимания на то, что я тебе рассказала. Возможно, у тебя все сложится по-другому.

Они лежали рядом и тихо говорили. На темно-синем бархате неба ярко сияла похожая на огромную жемчужину луна. Откуда-то доносились тихие таинственные звуки. Свежий ночной ветер был насыщен ароматами цветов.

— Хемнолини сказала, будто вчера на территорию храма пытались зайти англичане. Жрецы очень обеспокоены. Представь, что будет, если белые солдаты захотят выбрать девушку! Я скорее умру, чем отдамся одному из них! — прошептала Тара.

— Жрецы не допустят, чтобы в храм проникли люди другой веры!

— Я тоже на это надеюсь.

— Как часто тебе придется принимать у себя паломников? — помолчав, спросила Амрита.

— Пока не закончится обучение, лишь изредка. Хемнолини будет заниматься с нами три года; за этот срок мы должны окончательно позабыть о неловкости и смущении. — Тара горько вздохнула и крепко сплела пальцы. — Мне кажется, я никогда не избавлюсь от стыда и душевной боли!

В тот день, когда должно было состояться посвящение в девадаси, Амрита проснулась ни свет ни заря и занялась нарядом и прической. Если для Тары обряд давно утратил налет божественности, то Амрита старалась смотреть на грядущий ритуал другими глазами. Меньше всего она думала о том, кто будет представлять бога Шиву. Как всякая юная танцовщица, она уважала и побаивалась всех жрецов и была готова покориться любому из них.

Отныне ее будут считать взрослой, она станет «женой бога» — такие мысли наполняли душу приятным возбуждением и гордостью.