Читаем Детка полностью

Прошло около получала, когда, ощутив себя не удобно перед взрослым и умным другом, я попыталась отстраниться. Ему, видимо, не понравился такой расклад (судя по тому, как он насупился) и пришлось объясняться:

— Я представляю, как это выглядит со стороны! Подруга, которая приходит пожаловаться на проблемы с парнем-опекуном — предел мечтаний каждого парня. Пошли меня уже, Никит. Я же сама не уйду…

Он тут же подобрался и со всей ответственностью заявил:

— Девушка, я без ума от вас! И если это единственный способ побыть с тобой наедине… Окей, хорошо! У меня как раз есть три закачанных сериала на ноубуке, посмотрим?

Он говорил с сарказмом, явно желая поднять настроение, но в каждой шутке есть доля правды… Только вот как бы не нашептывала совесть уйти и дать парню шанс наладить свою жизнь — одиночество внутри разъедало на части. Сейчас дружеская поддержка, без лишних намеков и странных вопросов, была нужна так же, как и кислород.

На большом телевизоре в зале друг включил "Ривердэйл", мы успели посмотреть целый сезон до темноты. Все это время Никита жевал попкорн и громко комментировал действия персонажей, а я… Запомнила только название сериала.

Часто вызываясь на кухню принести попить или перекусить, смотрела в окно — не уехал ли Марк? Нет. Он сидел там один. Голодный. Замерший. Оставшийся наедине со своими мыслями в маленьком и не комфортном авто.

В час ночи, когда все ногти были изрызены, психанула и собрала пакет с едой. Решила, что не буду с ним говорить, а просто молча поставлю еду на капот и уйду. Только нервничала так, что разлила тарелочку с супом на свою шубу. Пришлось надевать куртку Никиты.

Именно так я вышла на улицу — с огромным пакетом еды, которым можно было накормить весь дом, в чужой одежде и с видом гордой и независимой девушки, которая совсем не сходит с ума, расхаживая из угла в угол по квартире.

Марк вышел из машины как только я ступила на крыльцо. Мне не было видно его лица, ведь освещение не попадало, но, судя по потому как он переступал с ноги на ногу, сделала вывод, что замерз. Но единственное, что заметила на его лице когда подошла вплотную, — злость. Именно поэтому сцепила зубы, поставила пакет с едой и решила уйти молча, как и планировала.

— Что это, мать твою, на тебе за куртка? — выплюнул он и резко притянул к себе за руку. Я попыталась вырваться, но он лишь положил обе руки на мою талию, фиксируя в надежном объятии и продолжил очную ставку: — Спрашиваю еще раз: какого черта ты одеваешь его вещи? Что вы там делаете? Ты что… раздевалась?

— Не твое дело! — зачем-то сказала я, за что получила подзатыльник. Мои губы раскрылись в непритворном удивлении от его наглости, а он… поцеловал меня. Так, что я вообще забыла, почему должна от него что-то скрывать. Импульсы в теле, мурашки по коже и легкое опьянение от его напористого языка заставили выдохнуть: — Шуба испорчена…

Он резко оттолкнул меня и сорвал куртку, бросил ее на снег и, прежде чем успела замерзнуть, натянул свою. Холодные руки Марка крепко схватили лицо, пока мужской лоб обессиленно ударился о мой.

— Малыш… Прошу, поехали домой! — надрывно прошептал он, пока большой палец ласково касался моей нижней губы. Все внутри переворачивалось от его слов, а кожа горела. Только вот сказать хоть слово не было сил: — Я уже все понял, клянусь! Но сидеть тут это просто пизд… очень неприятно! Только и думаю о том, как вы трахаетесь. Уже прошелся по всей "Камасутре", чтобы ей не ладно было! Еще один час и я точно сломаю нос этому уроду!

То, что он сомневался во мне, было почти смешно! Я отдала ему свою девственности и сердце… Только вот почему-то смеяться не хотелось, а рука сама залепила ему мощную пощечину, прежде чем оттолкнуть и броситься назад.

Грант догнал меня буквально через пару шагов. Обнял со спины и зарыл нос в голую шею. Было так хорошо… Просто стоять так и растворяться в человеке, о котором не мог и мечтать. Словно нет этих трудностей, а можно просто любить и не бояться быть втоптанной в асфальт…

— Детка… Боже, я чокнусь с тобой и попаду в дурдом! Скажи, чего ты хочешь? Блядь, я все сделаю, чтобы ты опять не бежала к этому… Орлову! — шептал он, покрывая кожу мелкими поцелуями, пока руки под растянутой курткой пробирались все выше по животу.

Я хотела его так сильно, что подкашивались коленки. Знакомое томление между ног нельзя было угомонить нежными поглаживаниями груди. И Марк это конечно же занал… прижимая меня к себе все крепче и крепче. Только вот в этот раз не готова была я слепо кинуться в аквариум с пираньями, поэтому видела выход только один…

Оттолкнув мужчину и повернувшись к нему лицом, увидела перед собой старика. Грант давно не спал, нормально не ел и очень замерз. Ему срочно требовалось домой и я собиралась это организовать, но лишь после того, как обозначу некоторые границы: