– Что ты говоришь, Шахерезад? – удивился аллахов племянник, о существовании которого дядя, по-видимому, не имел ни малейшего представления. – А мы думали, что этот пост свободен. Придётся назначить Рамсея главным судьёй нашего эмирата. Эта должность хотя и менее почетна, но тоже прибыльна.

– Но зарплату главного судьи получает левый крайний нашего нападения, – возразил Шахерезад.

– Дай ему поесть отравленной халвы, – приказал эмир. – Сейчас все ведущие команды играют без крайних нападающих. Итак, отныне нашим главным судьей будет Рамсей. Вам всё понятно, бывшие чужеземцы? Мы полагаем, что вы не станете отнимать у нас драгоценное время глупыми вопросами. Сейчас наш футбольный репортер и летописец команды Сегенбай, известный под псевдонимом Шахерезад, проводит вас в комнату нашей футбольной славы. Он ознакомит вас с историей команды, дабы вы не повторяли ошибок ваших предшественников, а затем поможет написать заявления с просьбой разрешить ваш переход в наш клуб. Ступайте, да поможет вам аллах в выведении нашей команды на достойное место! А от тебя, Бест, мы ждём новых выходок, которые способствовали бы популяризации футбола в городе и увеличению наших доходов.

Эмир хлопнул в ладоши, давая понять, что аудиенция окончена, и бывшие чужеземцы, а ныне верноподданные блистательного эмира Бухары в сопровождении Шахерезада направились в комнату футбольной славы.

Шахерезад улаживает формальности

Комната, куда они пришли, представляла собой небольшое помещение, стены которого были сплошь увешаны дипломами, фотографиями, газетными вырезками. Берёзкин подошел к одному из дипломов и прочёл: «Сим награждается футбольная команда Благородной Бухары за победу в конкурсе художественной самодеятельности».

Рядом была помещена картина: светлейший эмир производит удар по мячу. Чуть ниже и правее висел пришпиленный кнопками обрывок футбольного отчёта из какой-то чужеземной газеты. Он содержал всего несколько строчек:

«Несмотря на то что нашим футболистам противостояла очень сильная и техничная команда бухарского эмира, наши правоверные ребята, слава аллаху, не дрогнули и выиграли у неё со счётом 11:0».

Слова «сильная и техничная» были подчеркнуты красным карандашом.

Берёзкин успел ещё заметить грамоту, выданную команде главным визирем пожарной охраны «за отсутствие загораний в истёкшем сезоне».

Но в этот момент Шахерезад, видевший все эти награды не менее тысячи раз, предложил гостям:

– Располагайтесь поудобнее, почтеннейшие, ибо рассказ мой будет долог, как ожидание гола от хромого защитника.

Валерий Макарович оглянулся, поискал глазами стул, но ничего такого, на чём можно было бы сидеть, не обнаружил.

– Садитесь на коня внимания, – посоветовал Шахерезад, – и поезжайте по дороге моего рассказа…

Пленники сели на корточки и приготовились слушать.

– Вы уже, наверно, слышали, уважаемые иноземцы, – начал свое повествование футбольный летописец, – что в прошедшем сезоне, да оплюёт его шелудивый верблюд, дела у нашей команды складывались печально и мерзостно. И наконец наступил такой день, когда матч нашей команды на своём поле собрал всего лишь шестнадцать зрителей. И тогда пресветлый эмир вызвал тренера и вопросил у него, что он намерен делать, дабы повысить посещаемость. И тренер поклонился и сказал, что он придумал тактическую новинку, которая, несомненно, заинтересует всех истинных ценителей футбола и привлечёт их на стадион. И новинка эта заключается в том, чтобы после каждого гола, забитого нашей командой, бесплатно угощать орехами всех присутствующих на матче болельщиков. И светлейший эмир, да поразит его врагов расстройство желудка, остался доволен этой новинкой и сказал: «Да будет так!»

И следующая игра нашей команды собрала уже двадцать три зрителя. И эмир щедро вознаградил тренера, пожаловав ему почти новый носовой платок. Однако после того как в пяти матчах подряд команда не забила ни единого мяча, даже самые фанатичные любители орехов перестали посещать игры. И число болельщиков сократилось до девяти. И разгневанный эмир отобрал у тренера свой подарок, а сам послал своего главного шпиона в команду хивинского хана и приказал ему выведать, как привлекают на стадион болельщиков в Хиве. Ибо хивинская команда не превосходит нашу ни по технике, ни по тактике, ни по окладам, а посещаемость там более высокая. И прошло семь дней и семь ночей, и главный шпион вернулся. И был он бледен, словно роженица, ибо то, что ему довелось там увидеть, потрясло его воображение. И сообщил он блистательному эмиру, что на хивинском стадионе угощают зрителей орехами не после каждого забитого, а после каждого пропущенного гола. И вздохнул удручённо звездоподобный эмир и сказал, что это ему не по карману.

И тогда тренер предложил великому владыке другую новинку, и опять сказал эмир: «Да будет так!»