Читаем Деструктив полностью

Вот так, год заканчивался, а вместе с ним менялись наши жизни. Юля уволилась с работы и собирала вещи в рюкзак. Я писал очередную книгу, и надеялся на что-то новое, что сулил нам переезд.

– Дэн, я траву нашёл. – На кухню, где я писал, зашёл Прохор. – Будем брать?

– Давай. – Я оторвался от ноутбука. – А, что там?

– Шишки.

– Это круто.

Мы скинулись, и Прохор укатил за шишками. Пока он ездил, Валера предложил обсудить меню на новый год. Мы решили особо не заморачиваться и приготовить что попроще, конечно же никак не может обойтись новогодний стол без оливье и селёдки под шубой. Два моих любимых салата. На горячее я предложил сделать плов, он у меня прям отличный получается. Валера уехал за продуктами на базар. Вернулся Прохор, он привёз отменные шишки, ароматные. «Что же это?» – подумал я – «Неужели вот это вот и есть наркомания? Если так, то все без исключения наркоманы, но почему же кто-то как Игорь скатывается на дно, а кто-то как Прохор едет поступать в Петербург? В чём подвох? В воспитании? Восприятии? Или мы все обречены на падение, просто ещё оно не случилось. Причём все, и те, кто курит травку, и те, кто бухает, и те, кто ведёт трезвый образ жизни. Все без исключения, это закон мироздания – неминуемое падение, полёт в бездну. Кому-то удаётся что-то выкрикнуть по пути и его слышат остальные, кто не понимает, что мы все летим, на одной планете в пустом космосе. Есть ли ещё жизнь во вселенной? Или мы одни? Если есть, то кто и почему, мы не знаем этого наверняка, есть только догадки. А если бы знали наверняка, как бы это повлияло на наше мышление и отразилось на нашей жизни? Думаю, межгалактическое социальное общение позволило бы нам шире взглянуть на себя и свои проблемы, но с другой стороны, необходимо выстраивать дипломатические отношения с другой формой жизни. Да, или даже с такой же, но с другим мировоззрением, духовностью, нравственностью. Получилось бы у нас? Думаю, нет, мы бы довели всё до конфликта, а потом обострили бы его. Человек не способен на разумное поведение, такова наша природа, таково наше воспитание, таково наше отсутствие морально-этических убеждений, мы безнравственные существа. А если нет никого во вселенной? Мы одни, болтаемся на круглой планете в бесконечности, только мы живём, мыслим, и больше никого нет. Если так, если узнать это наверняка, то как бы это сказалось на нашем сознании? Никак! Мы не сознательны, в отсутствии контакта с другими цивилизациями, нам не с кем спорить, нам не с кем делить планету, космос, мы предоставлены сами себе. На нас может повлиять только чьё-то мнение, чьё-то сознательное вмешательство. От осознания чего-то мы не способны меняться, тем более от осознания того, что нет никого кроме нас. Но ведь в осознании этого кроется большая ответственность. Если мы единственная планета во вселенной, то уничтожив землю, мы уничтожим жизнь во вселенной и больше её не будет. Но, зачем об этом думать? Жрать, срать, трахаться, вот всё, чем мы мотивируем себя. Планета загажена? Да плевать, на наш век хватит! Кому-то живётся тяжело? Это его проблемы – естественный отбор! Мы уничтожаем животных? Да и хрен с ними – человек царь зверей! Главное, чтобы коров было побольше, а остальные невкусные, вот и редкие. Вот куры или бараны, никогда не переведутся, а белые тигры и редкие птицы, зачем они? Какой прок от них? «Зелёные» просто фанатики, делать им больше нечего, дегенераты. И что такое наркомания? Есть-ли вообще эта проблема? Конечно, есть! Но корень проблемы не в наличии наркотических веществ и не в употреблении, а в самом человеке, в его мировоззрении. Мы обречены, если не возьмёмся за ум! Наша цивилизация подошла к краю пропасти, если мы не одумаемся, то рухнем. Так больше продолжаться не может, планета сама избавится от нас, сработает иммунная система вселенной. Мир изменится, мы изменимся, начнём всё сначала и уже по-другому.» – Да, шишки хорошие и их однозначно надо выкурить!

– Дэн, поехали к Тёме, у него покурим. – Предложил Прохор.

– А, что, идея хорошая. – Мне и вправду понравилась его мысль.

Прохор договорился с Артёмом, он только обрадовался, наверное, больше шишкам нежели нам. Мы вызвали такси и поехали, я, Юля, Прохор и Пётр. Опять через весь город. Опять по разбитым дорогам. Опять мимо облезлых заборов. Опять защемило сердце от всего этого, да, что же такое случилось с этим городом? Или это я не тот, кем был… Опять грязный подъезд, вонючий лифт.

– Ребята не прислоняйтесь к стенам, они обоссанные. – Предупредил я всех входящих в лифт.

– Блин, Дэн. – Прохор сморщился. – Ну, не настолько же.

– Настолько, Прохор. – Я указал пальцем на подсыхающую лужу в углу и нажал кнопку с кривой цифрой четыре. – Это что, по-твоему? И вонь стоит какая, а.

– Да, что же это такое, блин. – Возмутился Прохор. – Почему? Зачем мы так живём?

– Не знаю, Прохор, не знаю. Почему-то мы сами срём себе под носом, а потом ноем и ищем виноватых в своём дерьме.