Читаем Десятый столик полностью

Когда ЛуЭнн подходит с кофейником и чашкой к моему столу, мое сердце падает в желудок.

- Держи, милый.

- Спасибо.

- Мне жаль сообщить, что сегодня утром у нас нет пирога.

- Что?

Она смеется, и если  не ошибаюсь, немного нервно.

- Да, пирога нет.

- Почему? - я уверен, что звучу требовательно и отчаянно, но ничего не могу с собой поделать.

- Ее здесь нет, - говорит она медленно и низко, как будто утешает поранившегося ребенка.

Мое сердце, которое рухнуло в желудок, теперь валяется у моих ног.

- Почему?

ЛуЭнн делает глубокий вздох и сканирует закусочную в поисках не знаю чего. Она чешет голову карандашом, а затем засовывает его в пучок на затылке. Опираясь на стол, она понижает свой голос до шепота.

- Ее мать умирает. Я не должна говорить тебе, но я знаю, что ты пришел, чтобы увидеть ее. И если бы она была здесь, я думаю, она хотела бы тебя увидеть. Поэтому сейчас я прислушаюсь к своему инстинкту и в любом случае все тебе расскажу. - Ее слова прерывистые и торопливые. - Слушай, я видела вас вместе, и ты был добр к ней. Кади испугалась. Но разве можно ее винить? Она не знает, что делать с таким парнем, как ты. Ты был как фантазия, и она боялась, что ты разобьешь ей сердце.

Она продолжает болтать, но я не останавливаю ее, потому что она говорит о Кади и свободно дает мне информацию, за которую я бы дорого заплатил.

- Поэтому, конечно, Кади убежала. Она до сих пор убегает. Ну, не домой. Она села в автобус, идущий туда. Но она все еще бежит от своего чувства к тебе. Так что, я думаю, ты еще не опоздал. Если хочешь доказать, что ты больше, чем просто хорош в постели, и это не какой-то чертов проект, о котором она говорила, то, я думаю, у тебя есть шанс.

- Проект? – с каждым упоминанием я ненавижу это слово все больше и больше. - Она тебе тоже это сказала?

- Да, что-то про бывшую девушку, поведавшую ей о тебе и о проектах, которые ты бросаешь после завершения. Она не хотела оставаться и проверять правда ли это.

- Кади никогда не была проектом, - бормочу я, вцепившись в салфетку, чтобы не пробить стол кулаком.

- Я-то это знаю, но тебе придется потрудиться, чтобы убедить Кади. Она упрямая. Она должна быть такой, потому что те немногие люди, которых эта девушка впустила в свою жизнь, стали полным разочарованием. Из-за этого она может быть крепким орешком.

- Что значит - ее мать умирает? - Вот что меня больше всего волнует на данный момент. Я знаю, что все остальное, сказанное ЛуЭнн, правда. О Кади и ее прошлом. Но мне нужно знать о ее матери.

- Кади придется сказать тебе об этом. Все, что я знаю - она взяла выходные.

Я вздыхаю, зная, что должен быть благодарен за информацию, которую ЛуЭнн дала мне, и не испытывать судьбу.

- Спасибо, ЛуЭнн.

Она улыбается, выпрямляется и приглаживает волосы. Я замечаю, что легкий оттенок розового появляется на ее щеках, когда она прочищает горло.

- Я действительно сказала слишком много. Это не мое дело, но Кади - моя девочка, и я хочу только лучшего для нее.

- Я очень тебе благодарен, правда.

 Я до сих пор не рад, что Кади уехала, но это такое облегчение - знать, что ее отсутствие не имеет ничего общего со мной.

- Не за что. Но могли бы мы сохранить это разговор между нами?

- Конечно.

- Тебе что-нибудь нужно?

- Нет.

Нужно. Мне нужна Кади. Но поговорить с ЛуЭнн – вернее, послушать ЛуЭнн - было более чем полезно.

Это дает мне надежду.

Надежду на то, что у нас с Кади еще есть шанс быть вместе.

После ухода ЛуЭнн я оставляю хорошие чаевые рядом с недопитой чашкой кофе, выхожу из закусочной и иду вниз по тротуару, на ходу доставая свой телефон.

Мои пальцы не могут набрать номер Кади достаточно быстро. До сегодняшнего дня я думал, что звонить ей бесполезно, но теперь  не могу себя остановить. Мне нужно знать, что с ней все хорошо, и поскольку я не могу увидеть ее сейчас, услышать ее голос будет отличной альтернативой.

Телефон звонит с полдюжины раз или больше, а затем автоматический голос сообщает мне, что у человека, которого я пытаюсь вызвать, нет голосовой почты. Конечно, у нее нет. Мы говорим о Кади. У нее даже не было телефона, пока я не дал ей тот, на который сейчас звоню.

Что, если она оставила его в своей квартире?

Что, если она его выбросила после того, как оставила меня в гостинице?

Разочарованно застонав, я подумываю о том, чтобы бросить свой собственный телефон, но быстро беру себя в руки и засовываю его обратно в карман костюма.

- Не заставляй меня ездить по всему Техасу в поисках тебя, Каданс Девис, потому что я это сделаю.

- Простите, сэр? - спрашивает швейцар в моем доме, держа дверь открытой для меня.

- Ничего, Джордж. Просто разговариваю сам с собой.

Он улыбается, прищурившись.

- Я делаю так все время.

Похлопав его по плечу, я прохожу мимо.

- Это признак гениальности. Не позволяйте никому думать иначе.

Глава 5

Кади

- Ты сидишь в этом кресле с тех пор, как приехала сюда вчера, - говорит папа, прислонившись к двери спальни.

- Знаю.