Читаем Дэниэл молчит полностью

Надеюсь, вы были где-то рядом, когда я баюкала моего малыша или держала над ним погремушку, пока он не научился брать ее сам? Я очень люблю сына и дочь. Даже не догадывалась, что способна на такую любовь. Почему вы мне не верите? За что презираете меня и всех женщин, воспитывающих детей-аутистов? Мне двадцать девять лет. Я бы не задумываясь, на глазах у всего света рассталась с жизнью, если бы это избавило моего сына от ужасного диагноза. Если бы моя смерть могла превратить его в обыкновенного ребенка — самого обыкновенного, как другие дети, — я поднялась бы на эшафот и собственными руками затянула веревку. И улыбалась бы, прощаясь с той болью, которую мне причиняет неспособность моего сына говорить, играть, смотреть на людей. Вы не услышали бы от меня ни слова протеста. Я ухватилась бы за этот шанс. Вам пришлось бы применить силу, чтобы стащить меня с эшафота.

Я закончила письмо, аккуратно сложила листок, спрятала в конверт и убрала в деревянную резную коробку для украшений, устланную малиновым бархатом, которую Стивен подарил мне на нашу первую годовщину, вместе с жемчужным ожерельем. Неужели когда-то он так меня любил? Вспоминалось с трудом, но я старалась.

Разумеется, доктор Беттельхайм давным-давно мертв. Самоубийство.

Я мечтала быть хорошей женой. Хорошей матерью. Тем клеем, что скрепляет семью, символом постоянства и мира в нашей жизни. Все это и есть женщина, разве нет? Я рано потеряла свою первую семью и с тех пор отчаянно старалась создать новую. Мы с Маркусом просто не успели стать настоящей семьей. Его родители и моя мама считали, что мы слишком молоды для брака, и мы разработали план — если это можно так назвать — сделать вид, что я залетела. Какому идиоту взбредет в голову симулировать ненужную беременность? А мы вот собирались. И наверняка преуспели бы, учитывая нашу бурную близость — не ограничиваясь тривиальным сексом в постели, мы занимались любовью под ветвями плакучих ив, на кукурузных полях и пляжах, а случалось, и в общественном транспорте. План не сработал только потому, что нам не хватило времени. Я старалась пореже вспоминать Маркуса: если бы он остался жив, на свете не было бы Эмили и Дэниэла. Как ни чудовищно это звучит, но если я должна была потерять Маркуса, чтобы появились Эмили и Дэниэл, — я в любом случае пошла бы на такую сделку.

— Какая-то извращенная логика, — сказал Джейкоб, двигая взад-вперед челюстью, словно подчеркивая мысль. — Для того чтобы ваши дети появились на свет, никого не нужно было убивать. Я не понимаю, что вы имеете в виду.

— Все вы понимаете. — Хорошо еще, о письме Беттельхайму ему не рассказала. Бог знает, какой он сделал бы вывод.

Джейкоб сперва закатил глаза, а потом снова уставился в блокнот, где все это время что-то строчил, мрачно стиснув губы.

— Я мать, Джейкоб. А матери — они как медведицы. Ах да, у вас здесь и медведей-то нет.

— Но вы ведь не убили Маркуса? — спросил он, нацелив на меня ручку, как микрофон.

— Ой, Джейкоб, прекратите. Конечно, нет. Нет!

— Тогда о чем мы говорим? — Он облегченно вытянул руки на столе.

— Всего лишь о том, что если бы он не погиб, у меня не было бы Эмили и Дэниэла. И еще о том, что я стараюсь реже о нем вспоминать, потому что это было бы предательством по отношению к детям.

— А к мужу?

— И к мужу, — с нетерпеливым вздохом согласилась я.

Быть хорошей матерью и женой — задача не из легких, но, полная решимости ее выполнить, я потратила целый день на обход всех местных химчисток, поскольку никак не могла отыскать вещи Стивена. Он уверял, что я сдала их в химчистку, а талончик потеряла. Допустим, сказала я, спорить не буду. Пожалуй, на меня похоже. Найду я тебе твои два костюма и три галстука. Да-да, само собой, успею до твоей командировки в Вену. Нет проблем. В самом деле, какая оплошность с моей стороны — не прицепить талончик скотчем к дверце шкафа, а еще лучше — к собственному телу. Большая ошибка. Хотя, с другой стороны, на этих чертовых талончиках следовало бы название химчистки печатать, а не кучу цифр. Запросто же можно спутать с лотерейным билетом и прочей макулатурой вроде купонов на скидку или корешков квитанций со скачек.