Читаем День Гагарина полностью

В Центре стало известно, что С. П. Королев очень огорчен случившимся. И тогда вся «шестерка» проявила трогательную инициативу — попросила свидания с Главным конструктором.

На состоявшейся встрече будущие космонавты, как могли, успокаивали Сергея Павловича, всячески давали ему понять, что неудача не поколебала их уверенности в технике.

— Будь на корабле человек, ничего бы не случилось, — говорил Гагарин. — Что же взять от собачек?

Королев искренне поблагодарил всех. «И не только за моральную поддержку, — подчеркнул он, — а за веру в наше общее дело».

После соответствующих доработок стартовавший 9 марта 1961 года четвертый технологический корабль-спутник, на борту которого вместе с собачкой Чернушкой в космос был отправлен очередной «зоопарк», благополучно совершил полет вокруг Земли и приземлился в расчетном районе. Космонавты и часть специалистов, главным образом, конечно, молодежь, стали ратовать за то, что пора послать в космос корабль с человеком на борту. Дескать, все проверено, все ясно, незачем топтаться на месте. Но Государственная комиссия, в состав которой входили С. П. Королев и М. В. Келдыш, настояла на том, чтобы провести еще один «чистовой» пуск технологического корабля. Было решено пригласить на него «авангардную шестерку» космонавтов.

По пути на космодром, пользуясь долгим полетом и редко выпадавшим в последние месяцы свободным временем, я наблюдал за нашими питомцами, невольно сравнивая их, нынешних, с теми, какими они год назад прибыли в Центр. Изменения произошли разительные. Пожалуй, нечто подобное приходилось мне ощущать только во время Великой Отечественной войны, когда фронтовая жизнь в считанные месяцы буквально преображала молодых людей, наделяя их опытом и зрелостью настоящих воинов.

Словом, глядя на попутчиков, я убеждался, что труды наши не пропали даром, принесли весомый результат. И дело ведь не только в том, что удалось укрепить здоровье и повысить выносливость организма будущих космонавтов. Не менее радовало, что заметно выросла их личная ответственность за порученное дело, понимание того, что о человеке судят по его отношению к труду, к окружающим людям. Отмечал я про себя, что в отряде стали нормой поведения взаимное уважение, преданность избранному делу, умение привнести огонек творчества во всякую работу, забота о чести и достоинстве члена коллектива, требовательность к себе и товарищам. Как-то исподволь в Центре восторжествовал неписаный закон: каждый, посвятивший себя космонавтике, обязан вырабатывать в характере мужество, смелость и стойкость, обязан помнить, что без напряженного труда, полной самоотдачи, крепкой физической закалки на успех рассчитывать нет оснований.

Космодром произвел на ребят огромное впечатление. По словам Гагарина, «ему хотелось снять шапку и ходить здесь с обнаженной головой». За несколько дней, предшествовавших пуску пятого технологического корабля-спутника с собачкой Звездочкой на борту, специалисты космодрома детально ознакомили космонавтов со стартовым комплексом, с пунктом наблюдения, другими вспомогательными службами. Они присутствовали при комплексных испытаниях ракеты-носителя и космического корабля.

Сергей Павлович явно старался по возможности чаще сопровождать космонавтов в ходе этой их учебы, внимательно за ними наблюдал. Мне казалось, что главный его интерес сводился к тому, чтобы уловить, нет ли за приподнятым настроением ребят оттенка неоправданно легкого отношения к серьезным и ответственным делам. Судя по всему, оптимизм и дотошное любопытство будущих космонавтов пришлись ему по душе.

Старт ракеты никого не оставил равнодушным. Не скрывали своего восторга и космонавты. Королев, лукаво улыбаясь, спросил: «Ну, как запуск? Первый сорт?»

Перебивая друг друга, все шестеро делились впечатлениями, за которыми чувствовалась уверенность в высоких качествах отечественной ракетно-космической техники.

— Совсем скоро, дорогие мои, вот так же будем провожать одного из вас, — сказал Сергей Павлович. И тут же добавил — Не беспокойтесь, всем дела хватит. Все вы будете первыми, только каждый в чем-то своем…

В начале марта 1961 года, то есть ровно через год после создания Центра подготовки космонавтов, в Звездный прибыла высокоавторитетная межведомственная комиссия. Ее задача состояла в том, чтобы оценить результаты нашей работы по обучению и предполетной подготовке первых воспитанников: Гагарина, Титова и других. Им предстояло держать экзамен «на космонавта».