Читаем День Гагарина полностью

Приказ № 1 о вступлении в должность начальника Центра объявлять было некому, поскольку кроме меня в нем пока никто не числился. Пришлось одновременно с комплектованием Центра кадрами решать еще две группы совершенно неотложных задач. Они заключались в составлении и незамедлительной реализации первой программы первоначального обучения и тренировок с двадцатью уже отобранными в 1959 году первыми слушателями-космонавтами, а также в создании первой очереди учебно-тренировочной базы и развертывании капитального строительства служебных объектов Центра.

С одобрения С. П. Королева подготовка космонавтов сразу стала рассматриваться как единый учебно-тренировочный процесс, объединяющий в себе широкий комплекс медико-биологических, технических, летно-парашютных подпрограмм с одновременным усвоением ряда целевых учебных курсов. Намечалось в течение года подготовить первых космонавтов, которые оказались бы способными применять соответствующие технические средства и без ущерба для здоровья переносить не поддающиеся компенсации факторы и условия космического полета, выполняя при этом на борту корабля определенные служебные обязанности.

Весна в Москве в 1960 году выдалась ранняя. В первой половине марта снег уже съели плотные утренние туманы. Скромный кирпичный двухэтажный домик да еще десяток комнат на втором этаже неподалеку расположенного старого кирпичного корпуса, что и сейчас стоят на Ленинградском проспекте напротив старинного Петровского дворца, послужили первым местом размещения Центра подготовки космонавтов, а также общежития для его слушателей. Именно здесь 14 марта 1960 года и началась подготовка первых космонавтов. В спорах и дискуссиях, с тревогами и волнениями, с радостями первых успехов. Вспоминаю о том времени с особой теплотой, хотя московский период занял немногим более четырех месяцев.

На помощь начинавшему свою работу Центру пришли специалисты многих научных и учебных институтов, конструкторских бюро и промышленных предприятий. Надо сказать, что, как правило, все быстро отзывались на наши обращения и просьбы. Регулярно интересовались нашими делами С. П. Королев и академик М. В. Келдыш, которого в то время в печати именовали не иначе, как «Теоретик космонавтики».

Сравнительно скоро в нашей работе стали участвовать уже не десятки, а сотни квалифицированных специалистов самых различных профилей. Были среди них опытные авиационные врачи и инженеры, ученые и конструкторы, экспериментаторы и испытатели, инструкторы и методисты. Вскоре по указанию Главного конструктора к нашему учебному процессу подключились и сотрудники предприятия, которым он сам руководил: Герой Социалистического Труда профессор Михаил Клавдиевич Тихонравов, доктор технических наук Борис Викторович Раушенбах, кандидат технических наук Константин Петрович Феоктистов, а также ныне известные космонавты, а в ту пору просто инженеры-конструкторы В. И. Севастьянов, О. Г. Макаров, А, С. Елисеев.

Учебно-тренировочные занятия со слушателями-космонавтами решено вести по двум направлениям. Для отработки навыков космического оператора создавался тренажер-имитатор корабля «Восток». Что же касается ознакомления с факторами космического полета, последующих тренировок и испытаний индивидуальной выносливости к ним, то здесь пришлось прибегнуть к моделированию условий космического полета с помощью различных технических средств (стенды, установки, камеры). Намечалось также широко использовать полеты на учебных и специально приспособленных самолетах, а также разнообразные парашютные прыжки.

Сергей Павлович Королев при рассмотрении первой учебно-тренировочной программы особенно внимательному анализу подверг ту ее часть, которая касалась профессиональных знаний и навыков будущих космонавтов. В общем он согласился с тем, что предусматривала наша программа, заметив, что в последующем надо ее строить в зависимости от конкретного круга задач, решаемых в каждом полете.

С особым одобрением воспринял Главный конструктор то обстоятельство, что «достойное место» в программе занимали полеты и парашютные прыжки. По его твердому убеждению, то и другое не только «шлифует» мастерство пилота, но и несет в себе, как он выразился, «хороший заряд эмоционально-волевой энергии».

— Крайне важно, — сказал он тогда, — чтобы никто из «ореликов» не сдрейфил, чтобы пример первого — вдохновлял идущих за ним.

Физическую подготовку, закаливание организма, полеты на учебных самолетах, медицинские обследования до и после различных испытаний и тренировок проводились со слушателями регулярно. Парашютные прыжки, «подъемы» в барокамере, проверки устойчивости в термокамере, исследование в «башне тишины», наземные катапультирования, вестибулярные исследования и тренировки, вращения на центрифуге, углубленные клинико-физиологические обследования, а также полеты «на невесомость» (на специально приспособленных самолетах) применялись одноразово или периодически.