Читаем День дурака полностью

- Близко подошли, Тварь... - ругнулись рядом, знакомым голосом, но Степану было некогда оборачиваться, чтобы опознать своего спасителя. Скрежет металлических крюков о камень оповестил о том, что не просто близко - совсем рядом. Под дымовым прикрытием люди Медведя умудрились полностью преодолеть относительно открытое место, и теперь были прямо тут, под стенами. А кое-кто и на стенах. Шагнув на звук, Степа коротко размахнулся и приложил цепью темную тень, показавшуюся в проеме. Тень без звука рухнула вниз. Рядом свистнул чей-то топор, перерубая зацепившуюся за стены веревку.

Услышав, а, скорее, даже ощутив кожей низкий вибрирующий звук, Степа распластался по полу. За спиной кто-то коротко вскрикнул и выругался. Обернувшись, Степа заметил Тосера, зажимающего плечо. На серой рубахе быстро расползалось красное пятно.

Он подскочил, чтобы оказать первую помощь, но Тосер отмахнулся, переложил топорик из правой руки в левую и показал подбородком на стену.

- Что? - не понял Степа.

Объяснили. Немедленно и доходчиво.

Сухой, гибкий как шланг, воин легко перемахнул через каменный выступ, с ходу попытался подрубить комина под колени, и, схлопотав по черепу, мирно улегся у ног командира.

Лезли уже отовсюду. Степан орудовал цепью, сначала неосознанно пытаясь лишь обезоружить противника, но потом, когда воин, которого он пощадил, немедленно всадил топор в плечо одного из людей барона, до Вязова, наконец, дошло, что шутки кончились. И, вспомнив боевую юность, он принялся гвоздить "медведей" уже по-взрослому...

- Заряжай. Горшком, - историк, щуря светлые глаза, смотрел со стены туда, где по склону холма карабкались вверх бойцы сводной армии трех городов под чутким руководством его светлости Игора, герцога Тамрийского. Медведя.

Митя стоял рядом и травил какой-то бородатый анекдот. Похоже, парень никак не мог поймать нужное настроение. Его, выросшего на фильмах о Великой Отечественной, знавшего о сражениях за Сталинград, Москву, Курск, битве за Берлин – вся эта эпопея с завоеванием лесопилки силами полутора тысяч оборванцев как-то не впечатляла.

- Митяй, у тебя оружие в порядке? – отрывисто спросил Лапин, - смотри, аккуратнее. Из укрытия не высовывайся, они сейчас подойдут на полет стрелы и начнется.

- Слушай, археолог, не хипеши, - отмахнулся тот, - я мент, я знаю, когда нужно начинать бояться.

- И когда? – вдруг заинтересовался Лапин.

- Когда приходит проверка из Главка, - фыркнул Митя.

Валера поморщился:

- Будь осторжен, - повторил он, - лук это, конечно, не АКМ, но ты же сам видел – стрела убивает так же, как пуля.

Воспитательный момент жестко обломала баллиста, которую дюжий мужик взводил, поворачивая огромную рукоять. Звук, который издавало это чудо техники, уже мог напугать и обратить в бегство…

- Как будто пожарная машина рожает, - скривился Лапин.

- Что ж ты не смазал уключину маслом? – процитировал Митя.

Лиза тоже была где-то здесь, на стене. Вечером ее в четыре голоса (четвертый – Мартын Борисович) убеждали пересидеть штурм в доме колдуна, но леди-Дракон уперлась, как баран.

- Я должна видеть, как работает мое изделие!

- Я на телефон сниму и покажу, - попытался Митя, - будет не хуже, чем в жизни. Даже реалистичнее, у меня есть функция приближения и панорамной съемки.

- А функции предупреждения удара по башке чайником у тебя нет? – ровно спросила Лиза, и на этом дискуссия закончилась.

Вечером, когда все уже расходились, Митя придержал колдуна за рукав.

- Ты там присмотри за ней, хорошо?

- Глаз не спущу, - пообещал колдун.

Сейчас парни только на его обещание и надеялись, потому что девушку понесло на восточную стену, а их «прикрепили» к северной.

- Давай, - махнул рукой историк.

Баллиста рявкнула, махнула ложкой, «снаряд» ушел…

- Твою мать! – сплюнул Лапин, - погрешность метров тридцать. Можно вообще не целиться!

- А взрыва нет…

Лапин вздохнул, представляя, как хихикают над защитниками города воины Медведя.

- Лиза же говорила, что взорвется, дай бог, каждый третий.

- Ну так заряжай, чего ждешь?

- Рано еще. Пусть поближе подойдут. Может хоть кому по шлему долбанет, контузия будет.

- А чего тогда сейчас палил?

- Думал пристреляться, но тут пристреливаться – все равно, что рыбу в унитазе ловить, - Лапин обреченно махнул рукой и снова вцепился глазами в войско неприятеля, лезущее на склон россыпью.

- Слушай, - сказал вдруг Митя, - а как они на стены полезут? Лестниц-то нет? И тарана нет.

- А ведь и верно, - сообразил Лапин, - нестыковочка.

- К барону? – вскинулся Митя, - Или к чародею? Черт, и Лизке не позвонить.

- Не «черт», а Тварь Неназываемая, - педантично поправил Лапин.

- Да хоть Волан-де-Морт! Не нравится мне этот штурм. Какой-то он неправильный.

Между тем осаждающие под градом стрел, теряя каждого третьего, подскочили чуть ли не вплотную – и пропали из виду. А спустя мгновение Лапин и Митя получили ответ на свой вопрос – короткий и нецензурный.

Перед защитниками города в мгновение выросла сплошная стена, уходившая в небо. Она казалось сложенной из черного камня – иллюзия была такой совершенной, что Митя отпрянул, едва не сев на копчик.