Читаем День Дракона полностью

Гул тисками сдавливал черное, заставляя штурмующих нервничать и отступать. Под натиском заклинания. Под натиском мечей.

Гул позволил осажденным перейти в контратаку. Их осталась горстка, жалкие крохи на фоне накатывающихся арнатов, но Гул, идущий с нижних уровней, казалось — из сердца самой Земли, придал им сил. Вряд ли они верили, что могут победить. Вряд ли они надеялись спастись. Вряд ли они вообще о чем-нибудь думали, кроме боя.

И река черной крови, казалось, уже успокоившаяся, притихшая, заполнившая все, что можно, потекла с новой силой.

Защитники подземелья врезались в текущий с верхних уровней черный поток. Они напоминали одиночные камни, которыми пытаются сдержать прорвавшую дамбу воду. Они должны были раствориться без следа, но… Это был тот самый случай, когда число и умение уступали ярости и неукротимости. И древнему заклинанию, вызванному в глубинах Крепости. Каждый из защитников поражал не меньше десятка врагов. А то и больше. Каждый наводил ужас на штурмующих. Каждый был сильнее дракона, и в каждой груди билось сердце льва. Но…

Слишком поздно.

Прячущийся на нижних уровнях колдун опоздал, и мощнейшее заклинание лишь продлило агонию.

Защитники крепости демонстрировали чудеса, однако стратегическое преимущество давно перешло к штурмующим. И умирать они тоже не боялись. И готовы были платить десятью смертями за каждого упавшего противника. И платили.

И шли вперед.

Защитники падали, пронзенные обсидиановыми клинками, их пальцы царапали железные стены подземелий, черная кровь растекалась по железным полам, а с губ срывался шепот:

— Ярга…

Каждый умирающий произносил это имя. Символ их правоты. Символ их веры. Их клич.

— Ярга!

* * *

Муниципальный жилой дом, Москва, Звенигородское шоссе,

8 августа, вторник, 08:44

— Как старушка? — Витольд приехал к Итару в прекрасном расположении духа. Не вошел, а буквально ворвался в квартиру, пошутил насчет «тысячи запоров, которыми шасы отгораживаются от мира», сунул полусонному Кумару пакет с едой и прошел в дальнюю комнату. — Не бузила?

— Нет, — машинально ответил слегка ошарашенный шас. — Послушай…

Но чуд был слишком увлечен собственными новостями, чтобы реагировать на слабую попытку Итара привлечь к себе внимание. Ундер оглядел пленников, с некоторой игривостью потрепал мрачную старуху по макушке и подмигнул безучастному голему.

— Покормил уродов?

— Конечно. Послушай, Вит…

— Шнырька во время кормежки выводил?

— Да.

— Молодец.

Согласившись на то, чтобы Кумар поместил Шуму-Шуму и голема в одной комнате, Ундер строго-настрого запретил шасу оставлять их рядом во время еды, то есть в момент, когда старуха освобождалась от кляпа. Шнырек кажется безобидным, но он голем. Кто знает, какие программы в него заложили? Кумар с замечанием согласился, но, если честно, вспомнил о предупреждении в самый последний момент.

— Не будем загадывать, дружище, однако у нас появился шанс выяснить, где наш милый приятель выбрался на поверхность. И тогда…

Веселое настроение чуда объяснялось тем, что он окончательно и бесповоротно принял — внутренне принял — все происходящее. Обман Ордена, подготовка экспедиции, добыча средств для нее — все эти холодно просчитанные шаги перестали тревожить совесть Ундера. Он успокоил свою душу, согласился с выбранным курсом, и теперь его разбирало нетерпение. Возбужденный Витольд хотел как можно быстрее перейти к конкретным действиям.

— Послушай меня!

— Ты спросишь, что за вероятность? — Чуд самодовольно улыбнулся. — Отвечу: я задействовал кое-какие связи в Зеленом Доме…

— Ты заткнешься или нет?! — рявкнул шас. Ундер оторопело уставился на Итара.

— Что?

— Сегодня ночью я копался в архивах, — быстро сообщил Кумар. — Искал сведения о Железных Крепостях…

— Надеюсь, у тебя хватило мозгов не запрашивать закрытые файлы? — Судя по резкому тону, Витольду не понравилось, каким образом шас привлек его внимание.

— Боишься, что нас обнаружат?

— Не хочу, чтобы нас обнаружили, — уточнил чуд.

— Не волнуйся, — отрывисто бросил Кумар. — Я не глуп.

— С дураком я бы не связался.

— Я тоже.

Пару секунд шас и чуд сверлили друг друга взглядами.

Наконец Витольд пробурчал:

— Извини. Я слишком увлекся своими новостями.

— Ты извини, — после короткой паузы ответил Итар. — Я не сдержался, наверное, устал.

Молодой рыцарь протянул руку, и молодой торговец крепко пожал ее.

— Нашел что-нибудь важное? — поинтересовался Ундер.

— Есть косвенное подтверждение того, что одна из Железных Крепостей не была разрушена в ходе Первой войны.

— Вот видишь! Все подтверждается!

— Выслушай до конца, — покачал головой Кумар. — В самой старой хронике сказано, что навы ее взяли. Дословно: «разрушили стены и захватили».

— Железную Крепость? — недоверчиво прищурился Витольд.

— Да. Последнюю Железную Крепость.

Чуд стал очень серьезным. Он присел на диван — Итар тут же плюхнулся в любимое кресло, — почесал затылок и медленно протянул: