Читаем Демон против люфтваффе полностью

В тот солнечный летний день ещё не было эскадрильи, постоянно дежурившей у самолётов с прогретыми двигателями, никто не патрулировал небо — в воздух поднимались только по учебному плану. Потому что ни разу Люфтваффе не атаковало южное британское побережье.

Радары засекли их километров за тридцать пять — сорок. На передачу информации и отдание команды на вылет ушли бесценные мгновенья. А за это время "Хейнкели" и "Доренье" неслись к нам, покрывая километр за каких‑то 10–15 секунд…

В воздухе мы оказались в довольно странном составе, винд — лидер смог вмешаться лишь с земли.

"Салага, я Дабл. Бандиты прошли на север".

"Дабл, продолжайте набор высоты. Не преследуйте. Атакуйте на обратном пути".

Какое уж тут преследование! И охота на возвращающиеся самолёты — не то. Бомбардировщики уже сбросили груз, вызвав новые смерти, сожгли часть топлива. Они маневреннее и легче. Всё равно их нужно уничтожить. Сбитые не прилетят в следующий раз.

Отставить рассуждения общего плана. Впервые командую сравнительно большой группой, поэтому лишнее — прочь, концентрируюсь на предстоящей схватке. Натужно ревя мотором, "Спит" ползёт вверх. За мной следует "синее" звено из эскадрильи Мюррея. Восемь машин с крыла — это всё, что успевает подняться до возвращения врага после бомбометания. Многомудрый Бадер чего‑то не учёл.

"Зима как всегда пришла неожиданно", — хихикнул Ванятка.

"Помолчал бы? Здесь тоже люди. Им свойственно ошибаться".

Приказав набрать двадцать тысяч футов, я веду восьмёрку на север, вслушиваясь в бубнение наземного оператора. Надеюсь, другие тоже ему внемлют. В "Спитах" установлены автоответчики свой — чужой, а у немцев их нет. В первых боях у восточного побережья англичане успешно молотили по самолётам КВВС, те пачками гибли от дружественного огня. Ни малейшей гарантии, что история не повторится.

Наконец, ниже нас тысячи на полторы футов проклёвываются чёрные точки, приближающиеся встречным курсом. Идут попарно, ведомый чуть сзади и выше ведущего. Классический немецкий строй — штаффели. Я командую набор высоты, обходя их сверху. Судя по опыту Бадера и других, летавших над Францией, мы встретили первую линию охранения. Дальше и ниже появятся бомберы, возле них могут быть истребители непосредственного сопровождения. Авангард должен расчистить небо перед основной колонной. Вот и главные цели!

Строй "Юнкерсов-87" я первоначально принял за истребительный, что нетрудно с большого расстояния — такой же одномоторный моноплан. "Лапти" не сразу бросаются в глаза. Мы расходимся по высоте с первой группой, которая, заметив нас, тут же бросается в боевой разворот, разменивая скорость на высоту. Пусть они выскочат нам в хвост, но темп потеряют. И у нас не слишком много времени — я бы предпочёл повернуть и приблизиться к "Юнкерсам" сзади — снизу. В активе каких‑то секунд двадцать форы перед "Мессершмиттами".

Кричу команду построения в линию атаки, её гунны называют "идиотен райн" (идиотская шеренга), и мы восьмёркой валим прямо в лоб пикировщикам. Скорость сближения больше тысячи километров в час, на прицеливание и открытие огня какая‑то секунда… Но шестьдесят четыре пулемёта, пусть стреляя не очень кучно, бросают навстречу гуннам такое облако свинца, что без попаданий не обойтись! Расходимся, едва не цепляя брюхом хвостовое оперение бомбардировщиков или чуть не задевая штоком антенны за "лапти" — неубирающиеся шасси. Быстрый взгляд в зеркало радует душу — минимум двое пустили дымок куда больший, чем даёт форсаж. С повреждённым мотором перебраться через Ла — Манш не сложно… но только вплавь!

Разворот, перестроение, и лобовая атака на "Мессершмитты".

"Не обижайся, Ванятка, если твоё тело поседеет раньше времени. Нервы — с!"

"Как по бабам — наше тело, а как поседеет…"

Но я уже не слушаю. Лобовая атака — странная штука. Или уходить с неё раньше, принимая "Мессер" на хвост и долго сбрасывая, или разминуться на волосок. Среднего не дано, если отверну не вовремя, он полоснёт меня по брюху. Есть и четвёртый вариант… Реализованный справа. Они не уступили друг другу, а может — начали маневр в одну и ту же сторону. Только огненный шар полыхнул.

"Дабл, к вам идёт Толстый. Ему оставишь работёнку?"

"Да! Я развлекаю "худых", а "лапотники" стали в круг".

Сам бы с удовольствием пощипал "Юнкерсов". Круговая защита хороша только на горизонтали, когда пристраивающийся в хвост истребитель попадает под раздачу и стрелка, и заднего пикировщика. А если падать на них почти отвесно или бить снизу в брюхо — это чистой воды браконьерство. Что на оленя охотиться с двустволкой в зоопарке.

Но рядом двенадцать… нет, уже одиннадцать "Мессершмиттов". Хорошо, что непосредственным прикрытием они пренебрегли. Семь "Спитов" затевают с ними свалку, выигрывая драгоценные секунды для прибытия подкрепления.